Линии Леи

Робот весь вечер вещал его прокуренным голосом: "Граждане пассажиры, жрите поменьше жира! Эскалаторы не справляются, у них двигатели ломаются!"

Шутнику, конечно, досталось на утренней летучке по первое число. Однако же официально в наш адрес ни одной жалобы не поступило. Ни посетители, ни даже персонал не заметил подмены. Значит, излучатели отработали подавление сознания на пять с плюсом, и потому Митьку простили, и даже не объявили выговор.

Сейчас режим облучения был выше тестового. Наверное, при таком давлении даже наверху, на поверхности, прохожие залипают в экраны.

А уж здесь никто гарантированно не в состоянии будет отвлечься, даже если над ухом у него из ружья палить.

Хотя, стоп. Погодите-ка.

Стоило нам, запыхавшимся, добраться до самого верха треклятой лестницы, на наших глазах из боковых проходов вывалилась группа людей. Обросших, грязных, пыльных, с перекошенными в спазме лицами, – но совершенно точно не нейтрализованных.

Они выходили разом справа и слева. Справа – из давным-давно перегороженного под предлогом ремонтных работ, закрытого мощными замками коридорчика.

А слева – из точно такого же коридорчика, который был – и я совершенно точно это знал – тупиковым.

Эти люди резко контрастировали с редкими группами обычных пассажиров, застигнутых ударом подавителей в вестибюле и переходах. Обычные сидели вдоль стен, уткнувшись в экраны смартфонов, либо бродили из угла в угол, светя себе экранами в лицо, мягко обтекая препятствия и не обращая ни на что внимания.

Эти же жуткие мертвенно-серые оборванцы, выйдя на свет, на некоторое время останавливались, жадно оглядывая коридор.

Не находили, что искали, и начинали разбредаться в разные стороны. Медленно, неестественной шаркающей походкой, иногда гортанно порыкивая. Что интересно, они порой поглядывали на оглушенных пассажиров, на лицах появлялось некое подобие удивления. Но длилось это не дольше пары секунд, после чего пыльные люди теряли всякий интерес к людям обычным.

– Это они как? Это что такое? – у меня отвисла челюсть.

– А это вот так вот, – хохотнул Сфинкс, тоже осторожно выглядывая с соседней лестницы. – Если будешь и дальше без излучателя, по собственной воле носом в гаджетах зависать, тоже таким станешь.

– Ой, да что ты брешешь? – буркнул Федя и отобрал у меня рацию. – Слушай его больше.

Он отступил на пару ступеней, прячась ниже уровня пола, чтобы не оказаться невзначай в поле зрения оборванцев. Нажал кнопку вызова.