Линии Леи

Любому, кто входил в трансформаторный зал даже впервые в жизни, становилось сразу ясно, что стержень этот – основа всего механизма. Заострённый книзу, словно вязальная спица десятого номера, сверху он был приплюснут, горел всеми цветами радуги, переливался бесконечным калейдоскопом узоров. У самой вершины он вбирал в себя все серебряные нити, словно взрывался тончайшей паутиной.

– Какая красота! – сказал я, останавливаясь рядом со Сфинксом.

Не только это я сказал, но остальные эпитеты не стоит повторять в приличном обществе.

Сфинкс за приличное общество не считался, поэтому охотно меня поддержал.

– Это точно. А ты представь, каким оно было, когда светилось в полную силу!

– Ещё сильнее?

– Ха, в тысячу раз! В сварочной маске смотреть было невозможно!

Я употребил ещё пару неприводимых эпитетов, потом спросил:

– А что это такое?

– Перо жар-птицы! – Сфинкс прошептал это с оттенком благоговения в голосе.

– Чего?

– Не чего, а жар-птицы. У вас её ещё называют птицей Рух.

В легендах говорится, что её невозможно увидеть, когда она падает с неба. Понимаешь, почему?

– Если одно только перо даёт столько света… А что оно здесь делает?

– Собирает свет Леи, – объяснил Сфинкс и указал на одну из струн-паутинок. – И трансформирует в силу мгновенно, без людей и без их эмоций. Вот, смотри!

Нить задрожала, засветилась у основания ярко-голубым. Свет концентрировался, собирался в крупную каплю, а затем побежал по струне к перу.

Коснулся его и с треском электрического разряда померк. Вниз по стержню сползла капля мутной жидкости и упала в каменную воронку у самого пола.

– Там коллектор, – продолжил пояснения Сфинкс. – По тем трубкам концентрат собирается в аккумуляторном зале и направляется в переработку. На разное оборудование типа подавителей или на удержатель для продажи инородцам. Этот трансформатор почти погас, поэтому силы даёт мало и в промышленных целях не используется. Всё уходит прямиком на испарители и рассеивается потом в вентиляционные шахты.

Со свежего пера свет Леи ручьём течёт, а тут так, слёзы.

– Ты видел когда-нибудь свежее перо?

– Случалось. Жар-птицы происходят из моего родного мира, мы на них даже охотились. Там не сложно. Нужно только два корыта кукурузного зерна да креплёного вина.

– Их реально можно поймать, таких? – перебил я, поняв, куда он клонит.

– Нет, конечно. Легче остаться без руки.