Ойме

– Опять управляющий на кухне? – спросила Марта, беря Валерия Алексеевича под руку.

– За всеми надо присматривать. – Он погладил её пальцы.

– А где Август и Тина?

– Где-где…

– Ясно. Он хоть заготовки сделал?

– Наталья занимается. Да ладно, чего ты. – Управляющий удержал Марту, уже готовую отправиться на поиски сына и его подружки. – Дело молодое. Подумаешь.

– На работе надо думать о работе. Вон, мазычи. Как роботы пашут. Они и сейчас в зале сидят.

– У них бизнес, – вздохнул Валерий Алексеевич.

– Имена у них чудны́е, никак не запоминаются. – Лёка, сосредоточенно следившая за кофе, не сразу поняла, что слова вылетели из её рта.

– Хм, с чего бы это, – сдвинул брови Валерий Алексеевич. – Может, это потому, что они мазычи и имена у них мазычские? Твоё, кстати, тоже без ста грамм не запомнишь.

Кухня грохнула хохотом. Лёка почувствовала, как щёки и уши полыхнули. Вечно она угодит в глупую историю.

– Ладно вам, – улыбаясь, произнесла Марта, кладя голову мужу на плечо.

– Где были – там уже нет, – улыбнулся Август, проскакивая мимо матери к холодильнику.

Тина, тоже улыбаясь, оправляла костюм и причёску. Подошла к Лёке и надменно спросила:

– А вдруг этот кофе выкаканный?

– Чего? – Лёка даже от созерцания кофе в турке оторвалась.

– Я слышала, они зёрна скармливают каким-то зверям, а они его выкакивают. А потом всё продаётся.

Кондитер Наталья прыснула со смеху, Марта повела глазами.

Август, пробегая мимо, чмокнул её в шею. Хотя, пожалуй, ясно как.

– Так, Тина, иди работай, – резко произнесла Марта. – Нечего тут на кухне торчать, твоё место – в зале.

Кофе сварился, Лёка сняла его с плиты, разлила по разным чашечкам, чтобы не перепутать. Вынесла в зал, где официанты накрывали банкетный стол, а мазычи-кофевладельцы сидели за буфетной стойкой и что-то эмоционально обсуждали на своём языке.

– Это вам, – Лёка поставила чашку перед носатой седой носатой дамой, – вам и вам.

Валерий Алексеевич, как обычно, пил кофе на ходу.

– Кви-ле, – напомнил рыжий, аккуратно беря чашку.

– Да, спасибо. – Лёка стала проверять, все ли капсулы на месте.

– А тебя как зовут? – спросил молодой женский голос.

– Меня? – обернулась Лёка.