Ойме

– А что может случиться? – спросила Лёка, разглядывая сливовые глаза Яны.

– Много чего может случиться. И не болтай.

Когда начался праздник, уже стемнело. Официанты бегали по кафе, загримированные под черепа и безобразно украшенные пёстрыми рваными тряпками. Со всех углов свисала бутафорская паутина, на зеркала наклеили имитации трещин, все живые цветы перенесли на первый этаж. На столе среди угощений стояли керамические черепа, к макушкам которых крепились толстые восковые свечи.

Лолита, одетая в узкое красное платье с бретелью на одном плече и длинным вырезом по ноге, веселилась во всю.

Лёка, сидя в своей каморке, то и дело слышала гортанное ржание, вой и улюлюканье. Билась посуда, что-то громыхало.

Наконец настало время торта и кофе. За стенкой всё стихло, потом пьяные голоса фальшиво затянули «Хэппи бёздэй ту ю».

– А теперь гадание! – объявила Лолита. У Лёки внутри ёкнуло.

– Гадание в соседней комнате, – начал было Квиле, но Лолита его перебила.

– Хочу здесь! – приказала виновница торжества. – Сейчас!

Спустя пару секунд в каморку заглянул Квиле, скалясь обнажёнными зубами нарисованного на лице черепа.

– Придётся идти. Не дрейфь и ври побольше да покрасивше.

Лёка вышла за ним в зал. Квиле быстро устроил для неё трон во главе стола.

– Я первая! – прокричала Лолита и поднялась. Шатаясь и хватаясь за спинки стульев, она доковыляла до Лёки и шлёпнула об стол чашкой. – Ну?!

А Лёка таращилась на перстень, сверкавший на пальце именинницы. Золотое плетёное кольцо с крупным рубином. Это его сняли с трупа Русалины вместе с серьгами. Видимо, именно это кольцо и требовала вернуть Крутова, говоря, что оно принадлежало её матери. Какое гнусное враньё. Какие они все гнусные, мерзкие и лицемерные.

Лёка подняла голову и уже почти услышала, как изо рта вылетали ругательства и проклятия Лолите и всему её окружению, как с улицы послышался громкий шум.

– Чё там? – поддатые гости стали подходить к окнам и отодвигать занавески.

На тёмной улице вдоль тротуара стояли свечи. На одинаковом расстоянии, они крепились прямо к бордюру и горели маленькими огоньками, создававшими в осенней ночи полупрозрачные шары.

– Это ещё чё за хрень? – хихикнула одна из девушек.