Охотник на творцов

Но и пропускать их мимо ушей я не мог… Мне дорога моя шкура. Хотя я совершенно не в восторге от перспектив. Два полюса силы хоть как-то сдерживают друг друга. А если останется кто-то один, то не рано, так поздно начнёт наглеть. Так наверняка и всякая мелкая шушера полезет, и начнётся грызня. Но вставать, бить себя пяткой в грудь и кричать: “Не позволю!” – затея ещё более глупая.

– Не хватало только нашему городу войны банд! – я улыбнулся с лёгкой придурковатостью. – Ведь потери могут быть с каждой стороны.

Конечно, не в моём положении угрожать, но сейчас я говорил за всех Редакторов.

Пусть Художник подумает ещё раз, прежде чем решаться на глупость.

– Повторюсь, мы чтим родных Редакторов и хорошие с ними взаимоотношения. Ведь такие, как ты, Сергей, стоят на страже спокойствия всего города. Я прекрасно осознаю всю опасность вражды с вами, и противостояние с редакторами не входит в мои планы, – заметил невзначай Художник, затушив окурок и переходя к следующему пороку: наливая себе выпивку из графина.

Сто пудово чувствует себя гангстером!

Я наконец смог облегчённо выдохнуть. Меня наконец-то признали не просто расходным мясом, а тем, с кем можно вести дела. Но благоразумие никогда не было моей сильной стороной, и я решил усилить эмоциональное напряжение, заметив, не скрывая яда:

– Ваше приглашение не очень-то соответствует словам.

– Жизнь не всегда даёт нам то, что мы хотим. Ведь если бы я тебя вежливо пригласил, ты бы не факт, что пришёл, – Художник держал вежливую улыбку, но в самом тоне я почувствовал раздражение.

Он не хотел признавать свою слабость. Не хотел терять лицо. Он не хотел говорить, что попал в ловушку обстоятельств и поимка меня – почти жест отчаяния.

– Возможно, и пришёл бы. Я дружелюбный. Везде ищу друзей, – покровительственно кивнул я.

– И что же ты хочешь, кроме Артефактора? – не столько меня, сколько себя спросил Художник, спеша сменить тему.

– Сущий пустяк: татуировку от вас.

Я не столько увидел, сколько почувствовал довольство. Все морщинки разгладились с первым глотком выпивки.

Более того, Художник вальяжно потрепал по загривку проходившую мимо мантикору. Разумеется, он думает о возможности подчинить меня, вложив кусочек души в татуировку. Вот только мой иммунитет к воздействиям Веры выжжет и эту заразу. Я верю в себя.

– То, что ты просишь, – настоящий дар, который я вручаю лишь самым верным. Ты слишком многого хочешь. Придётся доплатить!

– С деньгами сейчас напряжёнка, – решил я поддержать игру Художника.