1910-я параллель: Охотники на попаданцев

Учитель словесности, долго и чувственно излагал свои чаяния о предстоящей жизни, окосевши от выпивки и бросая влюблённые взгляды на кураторшу группы. Та растеклась на стуле, как утка в гнезде, часто махая веером, и глупо хихикая. Батюшка прочитал молитву. Дали слово одной из «перфеток» – отличниц.

На стол была подана печёная курица, которая была вкуснее того куска варёного мяса или рыбы, прозванной мертвечиной за отвратительный вкус, что ежедневно давали на обед. Картошин лежало в тарелке вдвое больше обыденного. Было по одному пирожному с суфле, а ещё бокал вина, пусть разбавленного до неприличия, зато настоящего.

Анна сидела, пропуская мимо ушей речи, медленно разрезая курицу ножом и отправляя вилкой в рот. А перед глазами стоял тот господин из тайной канцелярии. Он точно знал, что Аннушка не сумасшедшая. А ещё он видел. Видел то, что другим недоступно. Он мог дать ей знание, мог указать путь, как разобраться в себе.

Выпускной прошёл незаметно, и вот уже девушка сидела на краю кровати, теребя пальцами шёлковую ленту светло-зелёного цвета у себя на шее. Такой цвет выбрал её покровитель, как полагалось по традиции, когда влиятельные лица подбирали себе подопечных, как котят в питомнике, мол, меценат. Вот только своего покровителя она ни разу в жизни не видела, а лишь знала, что есть такой граф Марковский. И что каждый год на Рождество все его подшефные барышни получали одинаковые недорогие подарки.

– Аннушка! – весело прозвучал в комнате голос Лизы, – На! Матушка передала!

Подруга, раскрасневшаяся от выпитого вина, поставила на стул перед Анной блюдечко с несколькими бутербродами, на которых была настоящая красная икра.

– А у меня вот ещё что есть, – сделав кокетливый вид, произнесла Елизавета, держа в руках зелёную бутыль. – Шампанское!

Анна улыбнулась, встала и достала из буфета две чайные кружки.

– Не напьёмся?

– Что ты такая правильная? – картинно надулась Лиза, а потом ухватилась зубами за пробку и начала крутить бутыль.

– Ругать же будут, – потянувшись за салфетками, произнесла Анна.

– Кто? Мы уже сами себе хозяйки. Уже целый час.

Лиза хлопнула пробкой и стала аккуратно разливать пузырящийся напиток в кружки. Анна придержала посуду, а когда пальцы нечаянно соприкоснулись, перед глазами промелькнула небольшая комната, освещённая огнём свечи, смятая постель и мужское лицо.