Под чёрным солнцем

— С Симелана?

— А ты-то откуда знаешь про Симелан? — удивилась Леренна.

— Мне ханисет Восунор рассказывал, ну, тот самый, который пытался из камня серебро сделать, — признался ниметарец. — Мы с ним хорошо знакомы, я ему постоянно всякие новые камни приношу.

— Поведай, где жительство имеет ханисет сей? — спросила Алина, сообразив, что местный алхимик будет для её дел человеком далеко не лишним.

* * *

— Двадцать с лишним килограммов очищенного от пустой породы рениита, — Алина перечисляла добычу.

— Линка, а почему вы серебро на Тарлаоне оставили, а эти камни на Землю перенесли? — полюбопытствовала Леренна.

— Для вас этот минерал ещё долго будет бесполезен, а у нас он очень ценится, — объяснил Артур. — Курьер, кстати, — он пошёл открывать и через минуту вернулся с заказанной пиццей.

— Надеюсь, вы заплатите клану Гарласа? Его земля всё-таки! — Леренна, как всякая Лесная Сестра, отличалась кристальной честностью.

— Конечно, — сдержанно улыбнулась Ледяная Дева. — Сейчас цены посмотрю.

— Ох, не понимаю я ваших цен! Зилан – понятно, мешок зерна – понятно, даже бумажки вместо монет – и то понятно, а вот почему минерал этот такой дорогой – пока непонятно. Для техники, что ли, очень нужен?

— Ну да, именно для техники, — подтвердил Страж Вихрей. — А чем Гарласу заплатить – серебром?

— Да лучше сразу мукой. Вам же не составит особого труда ему пару мешков подкинуть, а горцам зимой далеко спускаться надо, чтобы зерно купить.

— «Пару мешков»? — усмехнулась Алина. — В пересчёте на чистый металл здесь будет килограммов четырнадцать. Располовиним за восстановление и очистку и ещё разделим на три, поскольку сделка будет через несколько рук. Для ровного счёта – два килограмма рения. Это сколько мешков пшеничной муки?

— Тонн тридцать, а то и сорок, если оптом, — подсчитал Артур.

— А тонна – это сколько мешков? — спросила Леренна.

— Тонна – это тысяча наших килограммов, а стандартный мешок – пятьдесят, то есть двадцать мешков на тонну.

— Шестьсот мешков муки из хансата?! За маленький мешочек каких-то камешков?

— Да это не так много, поверь! Пять месяцев зимы, то есть сто сорок ваших дней, и каждый день нужно по килограмму хлеба на человека… Сколько всего людей у Гарласа?

— Тысяч десять, он говорил.

— То есть на всех на зиму, получается, нужно двадцать тысяч мешков муки.