Минус первый уровень

В конце концов самопадающего типа сдали на руки компании других лохматых, явившихся на звуки борьбы из комнаты. Димка утёр трудовой пот, оправил футболку и снова улыбнулся.

— Пива?

— Не на завтрак, — парировал Игорь Аркадьевич. — Но от кофе не откажусь. В качестве компенсации.

— А, — догадался собеседник. — А-а-а! Вам меня магнадзор сдал? Ну пойдёмте на кухню.

Сдвинув стопку грязных тарелок в сторону мойки, Димка прикрыл глаза и пошевелил над освободившимся пространством пальцами. На столешнице звякнуло, и Игорь Аркадьевич уставился на изящную фарфоровую чашечку.

— Так вы с магического, — хмыкнул было Игорь Аркадьевич, но Димка вскинул руку.

— Погодите… Ещё немного… Вот!

Верхняя тарелка из стопки лопнула и разлетелась на части. Щёлкнув пальцами, хозяин принялся собирать осколки.

— Удачно! Я когда начинал, порой окно высаживал откатом. Ну, зато сегодня на двадцатый уровень сдал. Его и отмечаем!

— Так это ваш зачёт меня офигачил? — снова нахмурился Игорь Аркадьевич.

«Господин студент» потупился, и улыбка стала виноватой.

— Слушайте, а может, ещё кофе?

Игорь Аркадьевич благосклонно кивнул, и отодвинувшись от тарелок, изрёк:

— Внемлю.

***

Понимание магии всегда лежало в области иррационального. Дело оказалось даже не в мистических обрядах, заковыристых заклинаниях или редких колдовских ингредиентах.

Хаос, энтропия, стохастика. Или, если следовать ёмкому народному определению, «редкостная фигня». Порой казалось, что магии вообще наплевать на правила и схемы. Человек, наделённый сродством к тонким материям, мог почесать нос — и внезапно материализовать слона, причём говорящего и расписанного под палехскую миниатюру. Это сводило с ума философов, учёных и мистиков по всему миру… Пока за дело не взялись управленцы.

Прежде всего потенциальных магов принялись выявлять и со страшной силой окружать комфортом, заботой и лаской. Естественно, не в домашних условиях, а в специальных учреждениях закрытого типа, оснащённых системами пожаротушения и квалифицированным медицинским персоналом. Туда же нагнали упомянутых мистиков и прочих учёных мужей, чтобы те перестали теоретизировать впусте и взялись уже за практику.