Книга седьмая. Жестокий спаситель

– Почему тогда мы еще живы? – выдохнул я, чувствуя, как монстр в обличии разумного слегка разжимает свою хватку.

– По двум причинам, – проговорил мой сосед по столику, которого я так ещеи не разглядел, – Первая – вы слабаки. Второе… хм, ты не забыл, что нас тут двое живёт?

– Дирижабль…, – шокировано прохрипел я.

– Именно, дурак, – сидящий рядом определенно улыбался, – Вы еще можете понадобиться.

– Может, тогда хоть выслушаешь, зачем мы здесь?

– Неа. Мне насрать. Мы с Лаймом валим всех, а затем угадай, что делаем? Правильно – счастливо и тихо живём дальше.

Разве мы не молодцы?

Вывод – мне крышка. Но он не понял, что я харизмат, а значит, шансы еще есть. Если не рыпаться. Нам с самого начала было известно, что летим к двоим крепышам, «танкам», если на игровом сленге прошлого мира. Почти неуязвимым чудовищам, которых и вставленным в жопу пулеметом не проймешь.

Так мы и сидели в обнимку, пока не попали в поле зрения Крюгера. Тот, в этот момент устраивающий зажигательный круговой танец из пьяных местных, вовсю отодвигал стулья и столы, одной рукой успокаивая жестами хватающегося за голову хозяина, а затем, совершив хитрый ныряющий маневр, оказался возле нас, имея на лице жесткое и серьезное выражение.

Но молча. Еще бы, та лапища, обнимающая мою тыкву, должна быть хорошо различима…

– Сейчас, погоди чуток, – явно находясь в хорошем настроении, произнес кид, – Сейчас я быстро разберусь, а потом мы прогуляемся.

Жестко прижав меня к бедру, этот козёл встал во весь рост и… его внезапно заметили.

– Тиар Кавитз!

– Тиар Кавитз здесь!

– Мы вам очень рады!

– Как долго вы не приходили, господарь тиар! Моя Грифла все время о вас спрашивала!

– Миур! Миур, демонова девчонка! Тащи лучшее вино, сам тиар пришёл!

Надо отдать этому здоровому хрену должное – у него не только профильная Триада была большой. Ему понадобилось меньше минуты, чтобы уболтать всё полупьяное стадо на продолжение банкета, но без непосредственного участия нас троих, так как именно сейчас нарисовалось важное, хрен сотрешь, дело, которое Кавитзу нужно с нами обкашлять.

Поэтому не будет ли любезно многоуважаемое стадо потусить без нас, но, конечно же, за счет этого глубокоуважаемого разумного, а затем мы вернемся. И вообще тогда настанет общее счастье. И Грифлу трахнут, и вино по улицам польется…

Разумеется, селяне съели наживку, крючок, засосали леску и погрызли удилище, то есть – тут же великодушно и всем народом предоставили козлу желаемое. То есть нас. И уйти.