Чародей из заброшенной школы Искра Безумия

И преимущественно – по отцовской линии.

Максим невольно вздрогнул, а когда поймал на себе косой взгляд Миланы, слегка стушевался. Он рассказывал ей лишь о той семье, что его приютила, и о своей особенности – считывать людей по глазам, видя в них определенные цветовые пятна. Но не более того. И Милана не придавала этому значения.

Хоть девушка и спокойно относилась к нечисти, оберегавшей покой города, она все равно бы не хотела жить с духом или оборотнем. Тем более иметь от него детей.

- У вас в роду были духи, молодой человек? Или демоны? – уточнил врач, записывая в карту Риты все.

- Прабабка вроде бы с кем – то развлекалась, - соврал парень, ломая пальцы. – А так – нет.

- Это могло дать такой осадок сейчас? – удивилась Милана. – Через столько поколений?

- Порой дар ясновидения переходит по крови к далекому пра-правнуку, а то и дальше. При этом до него в роду может и не быть никого со способностями, - пояснил врач. – Так что ваш случай не исключение, а скорее подтверждение правила.

Доктор выписал девочке некоторые успокоительные и блокираторы. Максим все их знал наизусть, ведь лично принимал участие в разработке каждого. Однако одного наименования, которое очень хотел, он так и не увидел в рецепте.

- А «Тарфин»? – уточнил Вороницын. – Он тоже хорошо блокирует способности.

- Он назначается только преступникам, чтобы успокоить их, - возразил врач. – Девочке рано такое пить. У нее могут начаться неконтролируемые реакции. И это может привести к умопомрачению.

Максим лишь понимающе кивнул и, досадуя, что это лекарство не достать официально в офисной аптеке, ушел с супругой и дочерью на волю.

Но не успело пройти и пары месяцев, как лекарства, которые родители старательно давали Маргарите, начали действовать против их желания уберечь дочь от волнений.

Рита стала плохо спать. Ее начали терзать кошмары. Все чаще родители вскакивали по ночам, слыша душераздирающий крик из детской. А когда прибегали – видели забившуюся под кровать Риту, ее бледное лицо, покрытое бисеринками пота, и дрожащие губы, которые повторяли одно и то же:

- Помогите… помогите…

В одну из таких ночей, пока они укладывали дочь спать, Максим принял решение.

Тяжелое, режущее по груди и внутренностям, но нужное.

- Макс…

- Милана, так будет лучше, - он собрал дорожную сумку и забрал документы. – Квартира ваша. Машина – тоже.

- Максим, прекрати! – крикнула Милана, обняв супруга.