Чародей из заброшенной школы Искра Безумия

– Если уничтожить Оскверненного, его душа исчезнет, а вот плоть, восстановившись, будет двигаться. Он будет все слышать, понимать, даже разговаривать сможет, если при жизни был достаточно развит.

- Но со временем они все равно гниют, - заявил Ред, вдруг вскрыв грудную клетку парня. – И если вовремя их не сжечь или не извлечь сердце, печень и мозг – то оно, - он кивнул на труп, - восстанет. И тогда уже мало что поможет.

Маг быстро проверил грудную клетку и, увидев, как и все, пустоту в том месте, где должно быть сердце, наскоро сшил края кожи медицинскими нитками и после этого, осмотрев лицо парня, зачем – то стал разжимать ему челюсть.

Словно чувствуя, Ред напряг все свои силы и, открыв рот трупа, увидел на вывалившемся языке выжженный знак: кольцо, пересеченное двумя перпендикулярами.

- А вот это уже интересно…

Он успел сфотографировать все на телефон, как вдруг со стороны подъема на холм показалась толпа.

И женщины, и дети, и старики – все собрались в одном месте, чтобы увидеть то, чего бы Реду не хотелось показывать горожанам до определенного момента.

Маг достал из внутреннего кармана пальто удостоверение и, предъявив общественности, спрятал в карман брюк.

- Не подходите, - приказал он. – Это приказ офиса.

- Да к черту нам твои приказы! – вырвалось у одной из старушек с длинными белыми волосами и безумными глазами. – Где мой сын, подонок?!

- Попрошу вас…

- Отойди от Митьки! – рявкнул рядом стоявший старик в пуховике.

Они сделали несколько шагов к ребятам, на что Ред, выхватив из – за пояса рапиру, выставил ее по направлению к горожанам. Лезвие сверкнуло в лучах солнца, и многие сделали шаг назад. Но были и те, кто наоборот – приблизился.

- Еще один шаг – и мне придется убить вас, - заявил Ред, когда лезвие чуть ли не щекотало бороду старику. – На моей стороне закон офиса, а что на вашей?

- Бог за нами! И ты, чернокнижник, не помешаешь нам! – заявил старик, рванув вправо, к Стасу.

Но Ред быстро сориентировался и, выставив руку с рапирой вправо, чуть не перерезал горло старику. Лезвие прошлось в сантиметре от его сморщенной кожи.

- Не глупите, - приказал Ред. – Своего сына вы не спасете. Он мертв. Уже как семь часов.

- Не может быть! – вырвалось у старушки. – Он ушел из дома вот – три часа назад!

- Он мертв, - повторил спокойно и хладнокровно Ред. – А вы, если не хотите быть его жертвами, не мешайте нам.