Секта

Специальных приборов у меня нет, угол заточки исключительно на глаз определяю. Хотя, мне ведь ювелирная точность и не нужна, достаточно, чтобы грани были острыми. Когда все кромки были готовы и ждали чистовой заточки резиновым бруском с абразивной пастой, я остановился, вытер пот со лба и прикинул, что делать дальше.

Теперь буду шлифовать внутренние углы, а потом снова точить кромки, но уже вручную. Значит, позволительно, чтобы руки немного дрожали. Решительно встав со стула (и тут снова заболели рёбра, травмы сведут меня в могилу раньше срока, а я ещё усугубляю их занятиями спортом, так очередной пропущенный удар или болевой приём может стать фатальным), я направился к шкафу с одеждой.

Быстро натянул спортивный костюм и кеды. Под олимпийку надел жилет-утяжелитель. Это такая хреновина из толстой ткани на липучках, в которую зашиты колбаски, набитые свинцовой дробью. Одиннадцать килограммов. В самый раз для поддержания формы.

Стадион, где я обычно проводил тренировки, был не просто стадионом, это был физкультурный городок стоявшей неподалёку воинской части, ещё пару лет назад здесь активно гоняли солдат.

Потом часть расформировали, военное имущество вывезли, ставшие ненужными помещения остались стоять, поскольку даже под офисы никому не пригодились. А турники, брусья и даже неплохая полоса препятствий остались, и до них пока не добрались сборщики металлолома.

Судя по цифрам, что вывели краской на асфальте лет сорок назад, один круг по стадиону равняется трёмстам метрам.

Значит, сейчас бегу три километра, с отдыхом после каждого круга. Потом ещё что-нибудь.

Встав на старте, я несколько раз вдохнул, потом тронулся. Бег – это не просто бег. Это подготовка моего бренного тела к экстремальным условиям. Всё может случиться, и лучше всегда готовиться к худшему. С моим образом жизни быстрый бег может избавить от множества опасностей. И не только бег. Координация движений тоже необходима, а нагрузки должны быть не только изматывающими, но и максимально разнообразными.

На последних пятидесяти метрах я разгоняюсь до максимума, потом, не добежав до финиша, сворачиваю к перекладине. Десять подтягиваний широким хватом, после чего, не отдыхая, снова иду на круг. Постепенно бег становится всё медленнее, ускорение перед остановкой всё короче, а число подтягиваний сокращается до шести. Результат, понятно, далеко не чемпионский, даже с учётом висящего на мне утяжеления. Но для меня и это предел.