Секта

Оказалось, что военная подготовка их командира не уступает подготовке бойцов. Он бежал зигзагами, прятался за камнями, переползал с места на место так, что я не мог угадать, где он появится в следующий раз.

Оказавшись внизу, он спрятался за каменным столбом, выдал напоследок очередь из автомата и скрылся в руинах (если можно так назвать идеально сохранившиеся здания), где уже слышались выстрелы и крики.

- Идём следом, - сказала рация.

Я увидел, как от машин отделились две фигуры. Маша помогала идти профессору, тот, хоть и едва стоял на ногах, здоровой рукой сжимал пистолет.

Явно вознамерился умереть в бою. У машины остался только одинокий пёс, что сидел со скорбной мордой и тихонько подвывал.

Спускались, не торопясь, мы не знали, что происходит внизу. Кто-то кричал, кто-то стрелял, даже граната один раз взорвалась. Очень может быть, что придём к шапочному разбору. А ведь какая-то сторона победит, и с ней нам придётся иметь дело.

- Обходим, - скомандовал Павел Сергеевич.

Правильное решение, соваться туда, где на ограниченном пространстве стреляют из нескольких автоматов, нежелательно.

Уж лучше обойти здание с тыла и выйти в тыл одной из сторон.

Когда мы вышли во внутренний двор, битва была в самом разгаре. Спецназовцев атаковали уже знакомые нам оборотни, с той только разницей, что именно эта их разновидность не носила одежды и больше походила на зверей. Как ни странно, в этой схватке побеждали люди. Сказывалась хорошая подготовка и почти бесконечные боеприпасы. Серебром они не стреляли, но и оборотни, как оказалось, не железные.

Сложно выжить после нескольких десятков попаданий, а тело, разорванное в клочья, уже не восстановится.

А в самом центре площадки происходило кое-что более интересное: патриарх и двенадцать его приближённых стояли кругом. Они были раздеты и прикрывали срам крошечными набедренными повязками. Патриарх выделялся среди других, и главным отличием был не его высокий рост или властные манеры. Теперь, когда его фигура не скрывалась под одеждами, мы смогли разглядеть изменения.

Он изменился и уже не был человеком. Высокая тощая фигура, голова в форме перевёрнутой груши, по два дополнительных пальца на локтевых сгибах и ноги, подобные лошадиным, с пятью короткими пальцами вместо копыта.

В центре круга стоял круглый каменный столик высотой около метра. В центре столешницы горел огонёк, а по краям расставлены тринадцать предметов. Они не торопились, просто стояли на месте и, слегка раскачиваясь, пели какой-то заунывный гимн.