Лиллиан. Скрытое имя

Наверное, преступление, которое я пыталась найти, слишком сложное и запутанное, поэтому его не было среди предложенных. Но как же не хотелось сдаваться!

На последнем черном листе с жёлтой полосой был очень запоминающийся номер: три-два-три четыре-пять-четыре. Просунув в него руку, я достала показания, которых было очень много и начала неторопливо изучать. Это было множественное убийство. Один вампир уничтожил почти всех жителей простого человеческого поселения за одну ночь. Выжить удалось только троим.

Просматривая имена убитых, я замерла, а руки начали подрагивать. Перед глазами появилась пелена, я не сразу поняла, что это из-за слёз. Выдохнула и взглянула на имена ещё раз – не показалось.

Среди множества имён я отчётливо видела два: Маврина и Клемент Филандр.

Глава 16

Лиллиан – это имя дали мне родители. И это практически единственное, что от них осталось. Моё второе имя Ирвайн досталось от тёти Тамми, чтобы никто не заподозрил, что я не её дочь.

Маврина и Клемент Филандр – мои родители.

Я не помнила их имён вплоть до своих восьми лет. Тогда-то тетя Тамми и рассказала мне о них. Эти имена останутся со мной в памяти до последнего вздоха.

Невидящим взором я пялилась на бумаги, не в силах отложить их в сторону. Заметив моё состояние, Крисси забрала их и положила на стол, а потом обняла меня. Трясло меня ещё долго, слёзы продолжали катиться по щекам, я не могла даже заговорить.

Когда я начала понемногу успокаиваться, подруга тихо спросила:

– Нашла?

– Д-да, в списке пострадавших есть их имена, – кивнула я и всхлипнула.

Девушка взяла в руки папку и принялась изучать, а увидев количество убитых, побледнела. Около ста пятидесяти пострадавших, среди них были даже дети. На это указывали цифры рядом с именами – возраст.

– Лилиан… ты уверена, что нам стоит браться за это дело? – севшим голосом спорила Крисси. – Слишком много пострадавших…

– Уверена, – кивнула я и, выдохнув, выпрямилась. – Я справлюсь.

Некоторое время Крисси продолжала рассматривать документы, а я взяла показания одного из Следователей. В его словах прослеживался страх и отвращение – было слишком много крови. Вампир был безжалостен, не выбирал, на кого напасть, не собирался оставлять никого в живых. Было вынесено предположение, что он поддался инстинктам, поэтому пустился во все тяжкие.

Насколько мне известно, вампиры подвержены жестокости из-за своей охотничьей сущности.