Следствие по магии

— Я была подругой ее матери Анны Спиридоновой, в девичестве Любатович. Она работала учителем средней школы в городах Торжке, Вязьме и Москве. В Торжке и познакомились. Мне тогда по документам лет пятьдесят было. Она была замужем за Малининым Михаилом, артистом оперы и антрепренёром, не сильно известном в столице. В Москве он стал вокальным педагогом и, будучи статным красавцем, пользовался популярностью. Мы с Анной переписывались, когда она мне сообщила о смерти мужа в Москве в октябре 1919 года вследствие несчастного случая.

Михаил был сбит мотоциклом и она попросила приехать помочь. Тяжёлые были времена. Николашка был тюфяком на троне, правильно о нем говорили: «Сидеть на троне может, править нет».

Марина родилась 28 марта 1912 года в Москве, у нее было два старших брата, Роман и Борис. Окончила школу в Москве в 1928 году, потом Московскую консерваторию. Работала практиканткой в лаборатории анилинокрасочного завода, в апреле 1929 года вышла замуж за инженера этого же завода Сергея Раскова и ушла в декрет до октября 1931 года.

Дочь назвала Татьяной. Помнишь, как у Пушкина:«Итак, она звалась Татьяной». Мариночка развелась в октябре 1935 года. Ничего необычного по тем временам.

В ноябре тридцать пятого года стояла отвратительная погода, то замерзало все, то таяло, Марина и подхватила пневмонию, сгорела как свечка. Голодно тогда было, а уж о нормальных лекарствах и думать нельзя. Травы ее не вытянули. Анна утопала в своем горе, на земле ее ничего больше не удерживало: сыновья разлетелись, дочки нет, а внучка.

Яга безнадежно махнула рукой, но потом продолжила:

— Казалось, о ней все забыли. Я ж ведьма, вот и вызвала их души, попросив разрешение. Попробовали бы мне его не дать. Я решила воспитать Таню, став Мариной. Чуть подправив внешность, и я стала ей. Роман и Борис приняли это, скорее даже не заметили. Они уже тогда редко виделись, Боря жил в Ленинграде. Он состоялся как русский учёный-кораблестроитель, автор первых советских проектов подводных лодок.

Лауреат Сталинской премии первой степени. Звёздная болезнь у него точно случилась. Считал, что он воплощение Петра Первого. Болезнь конечно прошла, но сам он стыдился этого момента и старался не появляться на публике, только писал.

Той же осенью уже стала инструктором по «слепым» полётам в Военно-воздушной академии имени Н. Е. Жуковского и преподавателем штурманского дела на курсах. Как-никак, я же первая женщина-летчик. В ступе гоняла как Шумахер.