Цена небрежности

– Не уверен, что это хорошая идея, – помрачнел Грациозо.

– Делай, я говорю, – в голосе Дармоеда послышались стальные нотки.

– Ну хорошо, – произнес Грациозо, не позабыв окинуть всех остальных недовольным взором. Призыватель животных снял с ремня небольшой шар с желтой полоской, подбросил его вверх и выкрикнул. – Боевой крот! Я призываю тебя!

Шарик исчез в ослепительной вспышке, а на землю рухнуло большое – размером с Убивайца – черношерстное создание с вытянутым носом-хоботком и коротенькими розовыми лопатоподобными лапами, которые заканчивались длинными серо-белыми когтями.

Строй искателей сломался в один миг: мимо танков, растолкав по дороге жрецов и магов пронеслись две быстроногие фигуры.

– У, какая лапочка! Какой же он миленький! – на кроте с одной стороны повисла Рыжая, а с другой – Зебрагиня и принялись чесать черную шею. – И шерстка такая мягкая!

– Очень, очень мягкая! – чародейка восторженно тискала призванное животное.

– Из него получится отличная шубка! – восторги Мэри Сью имели под собой обычный прагматизм.

Еще более прагматичным оказался Лианг, не ставший приближаться к кроту.

– Когда его убьют, – заявил следопыт, – давайте сдерем с него шкуру.

– Как это убьют? – лицо Грациозо дрогнуло. – Я не хочу, чтобы его убивали!

Крот отнесся к столь далеким перспективам более спокойно. Ему не сильно нравились чужие ласки, но он продолжал терпеливо сносить их и недовольно пофыркивал.

– Да не будет его никто убивать! – рыкнул Дармоед и свирепо посмотрел на Лианга. – Хватит болтать! Вы что забыли, зачем мы сюда пришли? Задание, вашу мать! У нас задание! Отошли от крота, дурынды! Быстрее! Быстрее! Строй держите! Вот! Так! Молодцы! Давай, начинай!

Искатели приключений вернули подобие строя, и Грациозо, метнув испуганный взгляд в сторону рассвирепевшего жреца Паратуна, указал рукой на завал и выкрикнул: «Копай!»

Крот активно заработал лапами, по щитам воинов застучали мелкие камни и куски глины, а завал стал исчезать на глазах.

Глава 3. Следуя за серой крысой (часть 2)

Перебравшись на другую сторону, искатели приключений как-то присмирели. И пол, и стены, и потолок, и деревянные стойки ничуть не изменились, но смешки и разговоры исчезли, движения стали четче, а строй выровнялся. Глаза зорко всматривались во тьму, за границы освещенных участков.