Цена небрежности

Рэм стоял у таверны и смотрел на вывеску дешевого и не особо благопристойного постоялого дома, расположившегося напротив.

Память, то и дело игравшая с ним в прятки, решила напомнить кое-что важное. Несколько мгновений воин раздумывал над тем, как действовать дальше, и направился на постоялый двор. Вошел в основной зал и, кивнув владельцу, стал подниматься по лестнице на второй этаж. Рэма не смутил удивленный взгляд хозяина. По большому счету, воин заметил его лишь краем глаза и не придал ему особого значения.

Воин подошел к знакомой двери и постучался.

– Кто там? – из-за нее раздался знакомый женский голос. Говоря об ужине, Рейвенс не собиралась далеко отходить от своего дома.

– Это Рэм.

– Рэм? – в женском голосе послышалось удивление, дверь распахнулась: – Захо… Ой! Что с тобой случилось?

– Небольшое приключение, – воин переступил через порог. – Я хотел…

– Погоди! Погоди! Я сейчас!.. – Рэма окутало белое свечение.

– Всё нормально. Меня уже вылечили. Я хотел… – памятного бардака в комнате не обнаружилось. Наоборот, комната выглядела как-то излишне пусто, а на полу у двери лежали два заполненных мешка. – Что-то случилось?

– Я вступила в новую группу, – Рейвенс отступила назад, тяжело опустилась на кровать и повторила: – Я вступила в новую группу. Как это звучит, а? Какая ирония!

Жрица прикрыла лицо руками:

– Я вступила в новую группу, – ее словно заело. – Знаешь, я могу повторять это бесконечно долго.

– Завтра я переезжаю к своей новой группе, – Рейвенс с видимым трудом оторвала руки от лица. В серых глазах застыло какое-то странное выражение. – Я должна!

– Я понимаю, – произнес Рэм и выложил на кровать перевязь, в которой не хватало одного метательного ножа. Серебряные буквы тускло горели при свете масляной лампы. – Это тебе.

– Не может быть, – выдохнула Рейвенс, с недоверчивой нежностью провела ладонью по выделанной коже, а потом, словно испугавшись, что перевязь может в любой момент исчезнуть, схватила ее и прижала к груди.

– Я нашел ее в Рябиновке и решил принести тебе.– произнес Рэм. – Пусть она будет с тобой и напоминает о подруге…

– Ты не понимаешь! – серые глаза смотрели на воина с искренней благодарностью. – Раньше эта вещь принадлежала мне. На ней лежит благословление Форнара и Альбы.