Дочери Сварога. Ярослава

Слава была уверена, что только хитрая и изворотливая Ленка могла додуматься до подобного способа спасения. Жаль, не сработало. Может, тогда бы мама хоть как-то объяснила, почему так и не сказала Ярославе, что та приемная.

— Ты права, — признала Лена.

Она обладала удивительной способностью признавать свои ошибки. Впрочем, как и творить новые. Хотя Слава действительна была права. Кроме того, что Ленка прекрасно знакома Божественной Канцелярии, так еще и не обладает ведьминскими силами. Теми самыми накапливающими, что так важны всем отделам БК.

Мы вообще все надеялись, что их семью будут позже вызывать к службе. Дарьяне уже 26, она год как должна получить письмо. Слава надеялась, что этого уже и не произойдет, ведь Даша и так регулярно выполняла их мелкие поручения, а Лена, которая и вообще не должна, служила связным и инновационным центром для БК. Лена так себя и называла.

— Я прикрою, — сказала Лена, каким-то невероятно гибким движением вставая с кровати. — Но ты зайдешь ко мне за штучками, — усмехнулась она, сверкнув хитрыми глазами. Слава видела в них не сказанное: “Береги себя”.

— Шпионские? — спросила младшая сестра старшую, вспомнив детские игры. Все-таки они обе были наиболее близки по возрасту друг другу, потому и много проводили времени вместе. Дашка была всегда слишком взрослая, да погруженная в вопросы проклятых заклинаний.

Лена только кивнула и быстрым шагом умчалась не только из комнаты, но и из дома.

Слава знала, что та сейчас вытирает слезы на глазах. Мало кто из ее сестер умел проявлять эмоции и поддерживать, как обычные люди. Вот и Ленка не могла обнять и пожелать удачи, зато обеспечить всякими ведьминскими и неочень примочками, дать шанс выполнить даже самый глупый план — это она могла.

— Моя самая сильная сестра, — прошептала Слава, смотря на фигуру Велены в окно. За теми проблемами, в которые могла влипать Лена, да за ее изворотливостью, легко было забыть, что финансово всю семью содержала именно эта высокая и худенькая фигура. Которая всегда позволяла сестрам творить свои ошибки, чтобы сама их затем исправлять. Вот и сейчас, наверно, пойдет выплескивать гнев, что в этот раз она ничем помочь не может.