Последний полёт Вадима Серёгина

Однажды сестра где-то подхватила заразу и температурила дома под контролем мамы с бабушкой, менявших ей банки на горчичники, а мы с папой поехали на дачу чинить забор. Попарились в бане. Я лёг спать в комнате, а отец с соседом дядей Мишей сидели на кухне за чашечкой коньяка и о чём-то спорили.

Я проснулся от хлопка двери. В ту ночь было новолуние, и на улице было чернее, чем в комнате. Даже на дощатом полу темнели квадраты льющейся из окна тьмы. Я подошёл к окну - отец стоял посреди двора, запрокинув голову, словно пытался разглядеть что-то среди неожиданно крупных ярких звёзд.

Отец повернулся ко мне. Я навсегда запомнил его взгляд, полный сожаления. Он хотел мне что-то сказать, и вдруг его потащило прямо вверх. Я высочил из дома, чуть не растянувшись на веранде, но успел увидеть, как человеческий силуэт исчезает во мраке, он как будто падал в бесконечную пропасть неба.

Потом стало хуже. Поиски, бесконечные допросы в милицейском участке, сдавшаяся мама, слёзы по ночам, замкнутая сестра. Психолог почти убедил меня, что это был сон. Наверное, так и есть. Но когда сейчас я размышляю об этом, я думаю, отец отправился к деду. А я туда не хочу.

Долгое время друзья сидели молча. Даже костёр перестал трещать, пламя жалось к земле, пытаясь найти пищу среди тлевших углей.

- Пойду стелиться, - Кир встал первым и направился к двухместной палатке, которую они занимали с Наташей, потому что у них “всё серьёзно.

+++

Рома проявил смекалку, взяв из дома двухместный спальник, и любезно предложил Оле составить компанию. Ева слышала, как парочка целуется в темноте, но как-то скромненько. Да и в этот раз обошлось без традиционных шуток из разряда “Кто пустил шептуна в палатке? Ааа, мои глаза!”

Вадим лежал рядом на спине, прижав руки к груди. Девушка закинула на него ногу, что бы он случайно не улетел, заодно намекнув таким образом на симпатию.

Ева уже перебралась к Вадиму под одеяло и сквозь дрёму удивлялась, почему же он до сих пор её не обнял. Она положила руку парню на грудь и вдруг поняла, что не так – вместо Вадика ладонь гладила измятый матрац.

Девушка открыла глаза - молния на пологе палатки была расстёгнута и сквозь щель мелькала фигура, то появляясь, то опять исчезая из виду.

Ева высунула голову наружу.