Стихия Смерти: Безумие Короля

Как будто это и не снег вовсе, а просто бумажные хлопья снежинок; а вокруг не зима, а просто самая обычная фоновая картинка.

– Где это я? – спросила она саму себя, и тут же получила ответ, прозвучавший за ее спиной:

– В Финляндии.

Девушка удивленно развернулась. Велимонт выглядел так же небрежно, как и она – он явился в том же виде, в каком и уснул рядом с ней. В домашней одежде, немного растрепанный, и изредка позевывал. Он сразу принялся пояснять, что к чему:

– Еще в декабре я хотел показать тебе это место.

Лорен усмехнулась, кивнула и осмотрелась:

– А почему мы с тобой во сне босиком? Почему мы не мерзнем? – поинтересовалась она, задорно пошевелив пальцами ног.

– Я создал этот сон, и переместил нас обоих в него. Здесь все будет так, как я захочу. А я не хочу, чтобы ты замерзла, – улыбнулся Велимонт.

– Тогда тебе удалось меня поразить. В таком чудесном месте мы с тобой еще не были, – девушка с восторгом окидывала взглядом все вокруг них.

– С этим местом у меня связано много воспоминаний, – ответил вампир-маг смерти. – Здесь я жил со своими приемными родителями когда-то давно... Еще до того как я их... Неважно, – он задумался и ушел в себя.

Лорен мгновенно заметила это. Она подошла к нему, яро пробиваясь сквозь его «мысленный купол»:

– Не хватало еще, чтобы ты в себе закрылся из-за этого! – воскликнула она, – Это произошло уже давно – ты сделал, что сделал.

Велимонт благодарно взглянул на свою любимую и протянул ей ладонь.

– Идем, прогуляемся по окрестностям.

Лорен с радостью взяла его за руку, и они отправились вперед – гулять по этой маленькой, скрытой от мира деревеньке, полной чудес и тайн его прошлого.

***

Утро выдалось невероятно светлым и ярким. На побережье было свежо и прохладно, как после ночного дождя, но солнце уже давно освещало местность, распространяя повсюду тепло и радость.

Велимонт проснулся один, Лорен рядом уже не было. Недолго удивляясь, он услышал откуда-то снизу, на первом этаже веселые голоса ее и Кэтрин, и облегченно улыбнулся. Слишком уж часто он волновался за Лорен, когда они путешествовали одни – ведь могло произойти все, что угодно.

Слишком непривычно было для него спать в своей кровати – привык к постоянному движению.