Срезы

Она развалилась в фривольной позе на скамейке, крашеное каре брюнетки, в чёрных штанах карго, в тон им косухе, с дизайнерскими затертостями. И если приглядеться, на лице виднелись следы от пирсинга, в носу, на губе и ушах. Только улыбка осталась прежней, как и взгляд мутно зеленых глаз.

- Здарова Колян! - совсем по пацанки отозвалась она, и без стеснения смерила его наглым, оценивающим взглядом.

По сравнению с давней знакомой, Николай выглядел простовато, кроссовки-спортивки, футболка с длинными рукавами, волосы выстрижены максимально эффективно, то есть, коротко в три миллиметра.

- Какими судьбами в наших краях? – он сел рядом с девушкой, закидывая одну руку за спинку скамейки.

- Аааа, сама не знаю. Ностальгия, наверное - она закинула ногу на ногу, садясь в пол оборота к парню, и махнула рукой на коричневое здание средний школы номер двенадцать, где они когда-то, с разной степенью успеха, грызли гранит науки.

- Да. Никогда бы не подумал, что ты сентиментальная. Мне казалось целеустремлённость и цинизм-твое кредо - тут Николай слегка приврал, но чувствовал, что данные слова пришлись по вкусу девушке.

- Пфф - фыркнула школьная знакомая и расплывшись в улыбке, продолжила - ну как, будем предаваться воспоминаниям или же обсудим геополитику?

Николая сбил такой оборот событий с заготовленных рельс разговора, но лишь на мгновение.

- Знаешь, то и другое интересно лишь под рюмку водки. Так что, давай я тебя поразвлеку парой скабрёзных баек.

- О как! Попробуй.

У Николая имелось несколько историй, особенно для новых ушей, так же они имели вариативность, в зависимости от слушателя.

- … значит стоит он, в раскоряку, штаны, обгаженные возле колен, в руках кружка с Липтоном и тут заходят медяки.

- Чё правда? – через смех спросила Вика.

- Сам не видел, но верные люди рассказывали именно так - авторитетно заявил Колян.

- Найс, вообще огонь.

Колян замялся, идти не хотелось, одно дело — вот так поболтать, совсем другое, топать не известно куда.

- Не бойся, не обломаешься - и она ласково взъерошила ему волосы, Николай едва удержался чтобы не сбить ладонь. И внутренне рассердился, его навязанное амплуа выходило боком все чаще и чаще.