Срезы

Пухлый мужик, в белом фартуке на голое тело, более точных деталей его подсознание выдать не смогло, ограничилось образом.

- Я пас - не своим голос сказал Колян, вставая со стула.

- Зачем сопротивляешься, не надо так. Ты же уже познал искушение запахом, прими же его полностью, отведай кушанье. Не бывает маленького греха, грех есть грех, так иди до конца - простые слова, простые формулировки, но, где взять силы и ответить- нет. Да, желания нет, чтобы отвергать предложение, только кушать и кушать.

От непривычных мыслей Колян зарычал, и даже затряс головой, словно желание можно выкинуть вот таким простым действием.

- А что кушать?

- Ой, милый, милый гость. Ты что не видишь, ты что слепой?

- Скажи, что это? – заскрипел голосом Николай.

- Кушанье вкусное…

И парня отпустило, наваждение спало, хотя голод никуда не делся. Откуда этому толстому знать про его мечты. Морок, как он есть.

- У меня есть все. Хочешь, девственницу в мёде - последние слова окончательно вернули его в естественное мироощущение, и он вышел из-под навеса.

- Надо же, выбрался – изумился черт, подбрасывая в руке пустую бутылку из-под колы - а я уже и не надеялся. Как? Хотя не надо, неинтересно.

Последние слова он проговорил скороговоркой, делая странные пасы рукой с тростью. И после проговорил менторским тоном, который раздражал Колян еще со школьных лет, когда староста перед классом поучал его за безграмотность.

- Из того навеса уже точно не выберешься.

Проследив за тростью, Колян пренебрежительно фыркнул и отвернулся.

- Неужели жена? – восхитился черт - так там их будет две.

Это были простые подначки и Колян понимал, зачем рогатый их делает. Он не хотел упускать клиента, тело заберут женщины или еда, ну а душу, уже можно будет выкупить у ослабшего характером человека. С недавних пор на любые попытки его поддеть, Колян реагировал исключительно негативно, не сказать зло.

- А где Алина? – про белобрысого спутника он и не вспомнил.

- Так ее украли, когда ты предавался соблазну - простодушно ответил нечистый.

От простоты заявления Николай опешил и лишь поэтому глупо спросил.

- Как?

- Просто, пришли, наговорили всякого и увели, под белые рученьки. Я пытался ее отговорить, но - он постучал указательным пальцем по рогу - я не внушаю людям доверия.