Книги и пара чашечек кофе

— Нонна Александровна, — седоватый благообразный мужчина преклонных лет в старомодном костюме, под которым виднелся полосатый жилет и накрахмаленная белоснежная рубашка, поклонился, чтобы поймать в ладони руку дамы, выступившей из тени магазинчика. — Безумно рад, безумно.

— Вы всё печётесь о беспокойных душах, — глубокий, чувственный голос новой гостьи прошелестел по стенам едва уловимым эхом.

— Что поделать, помогаю, как могу, — вздохнул Владимир Семёнович, любуясь красивыми чертами лица гостьи и тёплыми оттенками на волосах медного цвета, что множили старомодные светильники.

— Люди теперь не желают утруждать себя чтением. Что она получила? — Нонна Александровна провела по корешкам книг пальцем с накрашенным ногтем совершенной формы.

— То, чего хотела. Они всегда получают то, что просят. Правда, иногда им не хватает смелости или терпения прочесть книгу до конца.

— Любовь? — усмехнулась Нонна Александровна, и накрашенные губы её растянулись в красивый алый лепесток на мраморном лице.

— И любовь, и испытания, и принца. Всё, чего она желает, но боится признаться самой себе, — прошептал Владимир Семёнович, вновь подхватывая ухоженную руку гостьи и прижимаясь к ней губами.

— А для меня? — голос бархатной рукой огладил слух владельца магазина, заставляя вздрогнуть, от предчувствия волшебного, — для меня что-то есть?

— Для вас, уважаемая Нонна Александровна есть.

— О, турецкий? — оживилась женщина.

— Как вы любите! Прошу, — и владелец магазина галантным жестом пригласил даму в крохотную кухоньку. Единожды щёлкнув пальцами, он заставил светильники погаснуть, а табличка, прижимающаяся к холодному стеклу входной двери, приподнялась, как от ветра, явив на улицу совершенно иное от прежнего начертание. «Закрыто»

— Вы меня балуете, Владимир Семёнович, — с тёплой улыбкой пропела гостья, присаживаясь на раритетный деревянный стул у небольшого стола.

— Кого, если не вас, моя дорогая? — и обладатель баритона потянулся в буфет, чтобы приготовить настоящего терпкого кофе для гостьи.

— И всё же, — Нонна Александровна поставила чашечку на крохотное блюдце, — что за историю вы ей дали?

— Они так ждут волшебства, — Владимир Семёнович промокнул губы салфеткой и отложил белый квадратик в сторону, — и думают, что чудеса в их жизнях — это результат усилий добрых фей. Особенно в юном возрасте, особенно сейчас.