Спирас. Книга 1

Он уставился на мать, не решаясь переспросить, и та сухо разъяснила:

– Эти двое людей – мои родители. Как я прихожусь тебе матерью, так и женщина, что ты видишь, приходится матерью мне, а дом, в котором ты стоишь, был когда-то мне отчим.

Аластер понял, что запутался. Как же его матушка могла быть родом вот отсюда? Однако потом он припомнил, что все взрослые жили в Адаманте не с рождения...

– Мы счастливы познакомиться с юным господином, – произнес страшный мужчина, и на темном лице вдруг расцвела неожиданно яркая улыбка.

Половины зубов у него не хватало, поэтому Аластер не выдержал и отступил на шаг назад, спрятался за спасительной широкой юбкой третье-серого оттенка. Как вести себя со взрослыми Адаманта, он знал, но о чем разговаривать со сморщенными людьми из других княжеств – понятия не имел. Аластер поднял глаза на матушку – хоть бы она подсказала, что делать, но поддержки не нашел.

– Должно быть, вы знаете, для чего я прибыла, – жестко спросила она, обращаясь к родителям.

Мужчина вздохнул.

Когда Аластер отшатнулся, его улыбка завяла, на ее место пришла усталая насмешка. Он жестом указал на грязную скамью у стены.

– Прошу, присядьте… ну, как хотите.

– Помните ли вы наш последний разговор? – продолжала тем временем матушка.

Аластеру вдруг захотелось, чтобы улыбка незнакомца вернулась. Она была похожа на что-то яркое, цветущее. А сейчас он улыбался так сухо, что почему-то вдруг припомнился темный сад и печальный стрекот одинокого ночного кузнечика – цикады.

– Конечно же, мы не забыли.

Аластер судорожно повторял про себя новые слова, чтобы знать, как обратиться к этим людям, если вдруг потребуется.

Де… Как там сказала матушка?.. Дедушка…

Сморщенный сутулый мужчина потер щетинистую щеку, в его блеклых глазах тоже сверкнула слезинка. Женщина… бабушка… перебирала в руках складки черной юбки и покачивала головой. Аластеру захотелось поскорее уйти отсюда.

– С сегодняшнего дня вам перестанут поставлять годы жизни.

Эти слова матери прозвучали как приговор.

Взрослые не могут жить без этих самых лет жизни – Аластер понял это уже давно, примерно с месяц назад. И что же теперь, интересно, случится с бабушкой и дедушкой? Только сейчас он заметил, что помимо запаха сырости в доме присутствовал слегка заметный аромат чего-то вкусного… так пах свежий хлеб.

– Эстер, мы все понимаем. Уже почти двести лет… Мы так разочаровали вас, так подвели…

Дедушка приобнял бабушку.

– Это наша последняя встреча?

Матушка кивнула.