Некромант с патентом

Прячась за разбитой самоходкой, он проверил, сколько осталось патронов, выглянул из укрытия и шёпотом выругался.

Арийцы шли по мосту и добивали раненных. Посмертные крики приближались. Пудовой тяжестью отдавались в груди.

Вот простонал солдат с нашивкойПриграничной народной республики в каких-то пяти метрах от него. Дан сильнее сжал рукоять револьвера и приготовился к смерти.

Из-за кормы самоходки показался передовой отряд из пяти арийцев. Дан быстро отстрелял весь барабан. Одному попал в лицо, второму дважды — в грудь, третьего ранил в ногу.

— Bastard, — прорычал один из них и штыком своей винтовки ударил Дана в лицо.

Дан вскочил с кровати. Сердце гулко стучало, отдавая пульсацией в висках. На лбу выступили капельки пота. Во рту чувствовался вкус крови.

— Твою мать! Таких реалистичных снов у меня еще не было. — Дан рухнул обратно в постель и провёл рукой по шраму на лице. -Может отрастить бороду?

На дворе была глухая ночь. Хотелось спать, но сон сняло, как рукой.

Сыщик встал, оделся и вышел прогуляться по городу.

Мостовая была мокрая от дождя, который шел ночью, но уже закончился. Воздух был сырой, но уже не свежий. Воняло гарью с кирпичного завода, который стоял неподалеку. Не переставая, коптилатеплостанция, питавшая электричеством весь город. Бедные рабочие трудились на ней круглосуточно в несколько смен и высыхали на глазах.

Город наводнили переселенцы, которые раньше день ото дня гнули спины на пахоте. Они искали сытой жизни в городах, но в итоге быстро оказались на социальном дне и из-за голода собрались в банды.

И все же многие бывшие пахари устроились лучше. Они в первые в жизни смогли пообщаться с кем-то, кроме односельчан. У них появилось время для того, чтобы собираться в общины, даже учить грамоту и совместно читать газеты.

Мир стремительно менялся.

Еще пару лет назад в городе не было машин, а уже сейчас почти весь извоз перешел на автомобили. Скоро от конных экипажей не останется ни следа.

В центре Мольквы уже перешли на электрическое освещение. За городом строили ветряки, чтобы питать электричеством фермы и птицефабрики. А предприниматель Чичкинвыстроил такую политику и логистику, что стал молочным монополистом. Его магазины с белой плиткой, опрятные продавцы в белых халатах — все это сделало его молоко самым востребованным в Молькве. А политикаснискала ему славу по всему царству. Теперь он открывает филиалы по всей стране.