Манящий абрис смерти

Быстро сообразив себе бутерброд с тунцом и, справившись с громадиной кофе-машины, я, позавтракав в одиночестве, отправился в технический зал. Тишина в коридорах слегка нервировала, но я знал, что уж в этом доме находиться также безопасно, как и в стенах золотохранилища на горе Шайен.

Подходя к массивным дубовым дверям, я встретил вездесущего Николаса Спарка, который, не смотря на столь ранний час, выглядел до омерзения бодро и свежо.

- Господин Стефан, доброго утра. Господин Кенинг будет рад узнать, что вы уже приступили к работе.

- Здравствуйте, господин Спарк. Чего уж тянуть, чем быстрее я выполню свои обязанности, тем быстрее господин Андрэ сможет спать сном младенца.

Секретарь хозяина дома никак не отреагировал на мою реплику и, молча отвернувшись, подошел к стеновой панели, чтобы набрать код доступа и впустить меня в вытянутую комнату без окон. Свет включился автоматически, как только мы переступили порог.

- Николас, у вас не найдется ручки и листка бумаги, чтобы я смог написать Нине записку? Совсем забыл предупредить девушку, что работы будет много.

- Конечно, подождите минутку.

Господин Спарк, вышел из комнаты, а когда вернулся, то протянул мне листок плотной тисненой бумаги на папке-планшете и позолоченную ручку. Написав послание, я сложил листок и протянул его секретарю:

- Поработаете почтовым голубем? Передайте, пожалуйста, это Нине.

Николас даже бровью не повел, утвердительно кивнув, забрал у меня листок бумаги и развернувшись, вышел из комнаты. Замок двери едва слышно щелкнул, отрезая меня от окружающего мира.

Я оглядел «поле боя»: экраны мониторов слепо смотрели в ожидании, а нутро сервера приглашающе рыкнуло. Я размял пальцы и, сев в жесткий захват офисного кресла, приступил к работе.

Перекодировка шла гладко, но, как и обычно, я едва замечал, что происходит вокруг. На приставном столике появлялась и исчезала пища, необходимая для поддержания функциональности моего ценного интеллекта, но я едва ли помню, что попадало мне в рот.

Закончив вносить последнюю строчку шифра, я встал с насиженного места. Вернее попытался: триллион иголочек замуровали затекшие ноги в ледяные оковы, поэтому пришлось заняться немного самомассажем, а уж потом на автопилоте искать свою комнату. Ночное небо за широкими окнами было мне ответом, что Нина была предоставлена сама себе весьма продолжительное время.