Последний крик банши

Все инквизиторы, а их было с десяток — помимо шести человек из отдела еще несколько экспертов и атташе, готовящий материалы для прессы, — уставились на ведьму, только что назвавшую один из самых болезненных и опасных для ведьм способов инквизиторского воздействия.

— Простите, Екатерина, — откашлялся капитан Мартынов, — я правильно понимаю, что вы отказываетесь от допросных методов в пользу пыточных?

— Да, Илья, вы абсолютно правы. — Женщина оставалась невозмутимой.

Капитан хотел сказать что-то еще, но Аверин протиснулся через столпившихся коллег, взял ведьму под локоть и потащил в сторонку. Сказав, что это на две минуты, он вышел из зоны оцепления, отвел Екатерину в безлюдный переулок и буквально прижал к кирпичной стене.

— Младший лейтенант, похоже, утаскивать меня куда-то и зажимать по углам вошло у вас в привычку, — недовольно заметила Катя. — Что опять?

— Что ты творишь? — Аверин уперся руками по обе стороны от женщины, лишая ее возможности маневра.

— Я, кажется, ясно объяснила по поводу обращения, — сверкнула глазами Екатерина.

— Да плевать на обращение! У тебя есть алиби, я могу подтвердить, что мы провели ночь вместе, и никакие проверки вообще не потребуются! — прорычал инквизитор, нависая над ней.

— Ага, что мы провели ночь вместе в одной постели, голые! Это вы собираетесь рассказать всем? Нет уж! — возмутилась Катя.

— Так ты поэтому отказываешься от «сыворотки» и «зеркала»? Боишься, что расскажешь, как мы занимались любовью? Неужели это страшнее пыточной?

— Да лучше пыточная, чем такой позор!

— Какой позор? Что такого вообще случилось, мы же, черт возьми, взрослые люди! — Аверин перестал контролировать свой голос и эмоции, перейдя на крик.

— Да вы себя в зеркале видели? — засмеялась ведьма.

Катя попыталась оттеснить инквизитора, но проще подвинуть стену дома, чем кипящего от злости Аверина.

— Знаешь, ты не одна такая гордая, я и так многое тебе спускаю, с оглядкой на то, что было...

— Да ничего не было! Забудьте уже! — не выдержала ведьма.