Последний крик банши

Ведь если нашлась одна выжившая банши, значит, вполне возможно, и другим представителям нелюдей удалось спастись.

Максим, слушавший вполуха доклады на вчерашнем совещании, спешно знакомился с тонкостями ритуала. А тонкостей, надо признать, хватало. И одна тонкость была совсем тонкой и могла испортить всю задумку.

— Отец, — Макс подошел к главному инквизитору, когда тот закончил разговаривать с кем-то из министерства внутренних дел. — Можно тебя на минуточку?

— Что такое? — нахмурившись, поинтересовался Аверин-старший, когда они отошли к окну.

— В описаниях клятвы сказано, что клятву должна давать не ведьма, а именно банши. То есть она должна быть в своей форме смерти.

— Да, все верно. Мы же это вчера обсуждали. Именно поэтому и говорили, что у тебя единственного есть шанс до нее достучаться.

— Она не сможет контролировать себя настолько. — Максим скомкал лист бумаги. На нем помимо прочего был написан текст клятвы, которую банши должна произнести.

— В теории возможно все, включая саму клятву. На практике очень и очень сложно, — подтвердил его худшие опасения отец.

— А если у нее не получится?

— Вернется в камеру.

Младший лейтенант инквизиции не стал продолжать расспросы. То, что ведьма в случае провала больше из камеры не выйдет, слишком очевидно.

И в этот момент по залу, отведенному для торжеств, пронесся гул. Ввели банши, пока что в нормальном человеческом облике, конечно. Мужчины вытягивали шеи и привставали на цыпочки, чтобы разглядеть светловолосую женщину, чья фигура сейчас была скрыта не то саваном, не то ночной рубашкой или какой-то особой робой. Белой, почти до пола, но открывающей голые ступни. А каменные полы в ГУИ даже летом оставались ледяными. Аверин-младший скрипнул зубами. Теперь идея вырядиться в парадную форму, чтобы стоять разодетым рядом с ведьмой, простоволосой, босой и в рубище, казалась дикой.

Тем временем ведьма вышла в центр выложенного мозаикой пола и остановилась, глядя себе под ноги. Генерал-полковник подтолкнул сына, отступать все равно некуда.