Мир не прост

- Значит Вы эмпат?

- Нет, что Вы, доктор, просто видно же… может опыт. Ну Вы же не о бабах поговорить пришли, да темный?

- Так точно! Интересуюсь, а как Вы узнали, что я темный? Вы ищейка?

- Не бойтесь, Артем Викторович. В ищейки меня не взяли. – Пациент изменил голос, явно кого-то цитируя. - Идеологически чужд. Окружен неблагонадежной средой. Способности выражены слабо. Голосую против.

- Хм… жёстко у Вас.

- Слава богу, не у нас. Бабуля моя спасла. Амулетик тот, что ваша сестричка мне вернула, не только снаружи не пускает, но и изнутри не дает вылезти.

- Можно поподробней?

- Отчего ж нет? Прабабушка моя по маминой линии, баба Нюра, ведуньей была… или есть, место жительства периодически меняет раз в пятьдесят – шестьдесят лет. Обычно раз в год маме весточку шлет, а бабушку мою мамину маму, значит, в первую мировую… того… призвали как санитарку в помощь военному хирургу, ну там их и накрыло…- старик замолчал, явно что-то вспоминая. Отвлекся я, о чем это я. Но надо это рассказать, а то не поймешь. Так вот баба Нюра и воспитывала маму мою, как дочь, а я внуком числился.

Вот она, как почувствовала во мне способности, все и рассказала. Есть мол разная нечисть. Есть те, для кого человек – это еда, есть те, кто их ловит, есть куча всего. Я не верил поначалу, но она показала на таких как ты, самых безопасных в смысле летальных последствий. Берегла она меня, да и сейчас вроде приглядывает. Так вот, что я про вашего брата знаю: темные, они питаются грустью, похотью, болью и страхом, а есть светлые, те - радостью и счастьем, а есть инквизиция, они тех, и тех, и других, которые не такие, - отлавливают и казнят. Глаза бывшего военного заволокло пеленой. – Но кривда все это, да, темный?

Получилось как-то машинально кивнуть, даже не задумываясь.

- Так вот, касатик, все вы как пиявки. Не думай, что вы выбросами питаетесь… излишками… тянете вы из души человечей все это. Вот только изуверы не понимают, что пиявка иногда и полезна, дурную кровь пускать надо. Вот ты хорошая пиявка, полезная. Дай, что во правый чпаг положено.

Фигурка из глины, которую вылепила дочь, к выходным как раз просохла и прошла обжиг в духовом шкафу, теперь лежала в правом кармане и была предана в руки Вадим Сергеевичу, под управлением явно кого-то другого. Старик отвернулся, поднес фигурку, зажатую в ладонях ко рту, дунул и начал что-то шептать.

- Носи с собой, поможет она… прикроет немножко… в благодарность… не могу я должным быть. – Глаза бывшего военного приняли естественный вид.