Нет смысла плакать сынам Спарды

— Что ты имеешь в виду?

— Ещё не знаю, — соблазнительно глянула она на полукровку, заговорщически прищурившись, — но для тебя узнаю.

— Ты лучшая!

Усмехнулся Данте, спеша к затрезвонившему телефону. Не то чтобы Данте сильно расстроился: Триш сразу дала понять, что кроме флирта между ними ничего не будет, да и сам Данте не шибко желал видеть в своей постели копию матери.

** *

Сон не излечил. Никакая демоническая кровь не смогла победить болезнь, от которой Неро кашлял завораживающими кроваво-красными лепестками.

В очередной раз отворачиваясь от стены, Неро встретился с Леди. Лежащей в его кровати полностью нагой. Одежда никогда не скрывала её выразительных изгибов, но увидеть их вот так, совсем без ничего — Неро оцепенел, почти перестал дышать, пытаясь осознать, что дозволено в этом сне, а что нет. Реальностью то быть не могло: Леди всегда выглядела недоступной и независимой, к тому же была намного старше.

Когда Леди подмигнула, Неро от неожиданности добровольно долбанулся о стенку затылком, пытаясь отстраниться. Боль настоящая — не сон. Или всё же он? В кровати уже никого постороннего не было. Не потому, что сбежали, а потому что никто и не лежал.

На время замешательства даже боль отпустила. Только чтобы ударить с новой силой вновь.

«Мне нужна помощь…» — держась за ноющую грудь, отчаялся Неро.

Однако обращаться ни к кому он не собирался: гордость не позволяла. Потому, как ни в чём не бывало, спустился на завтрак. Небольшая кухня при офисе сильно облегчала жизнь. Особенно наличием холодильника и микроволновкой для не успевшей пасть смертью храбрых пиццы. На последнего «выжившего» Неро смотрел почти с отвращением, не испытывая ни малейшего аппетита.

— Просто возьми и подогрей его, — почти томно прозвучал голос Леди над ухом, — поверь, он станет вкуснее.

Неро аж дёрнулся, резко разворачиваясь, инстинктивно отступая спиной к холодильнику.

Нахмурившись, Леди нависла над парнем, одной рукой опёршись о белую дверку, второй необычайно нежно касаясь лба. Смотрела прямо в глаза так пронзительно, словно разглядывая саму душу — дыхание сбилось, а щёки предательски покраснели. Сердце забилось быстро-быстро, забывая о недавней боли, излечиваясь чутким взглядом и заботой.