Хранитель Адского Пламени

Потому, проклиная все на чём свет стоит и предвкушая свой триумф, он не заметил небольшой вспышки на небесах и с изумлением ощутил, как всю его сущность пронзило копье, разрывая его на части и ввергая разум в бездну небытия. Крупная зелёная муха камнем рухнула вниз и растворилась в земле.

Эпилог

Кельвину снился сон. Он парил в абсолютной пустоте, вокруг было нечто и в то же время не было ничего.

Возможно, это и был край Вселенной, подумал парень, отрешенно наблюдая за мириадами движущихся субстанций, наименования которых он не знал.

А Дилан считал, что это и было тем мифическом в науке местом, куском вселенной, полностью заполненным антивеществом. Он видел точно такой же сон, хотя оба они и не догадывались об этом.

Так висели они в пространстве, казалось, вечность, как вдруг в воздухе образовалась брешь. Из неё ударил ослепительно яркий белый свет и показалась фигура, огромная как небоскрёб.

— Моё имя — Малик, Я Хранитель Адского Пламени. Вам было дозволено узреть истину, заблудшие сыны Адама, мир ему. Но даже тогда не обратились вы к Господу вашему, вместо этого прося о помощи меня, того, кто лишь исполняет Его волю. Воистину, следовало бы сбросить вас за это в огонь, где познали бы вы мучительное наказание, но милость Всевышнего безгранична и Он позволил вашему близкому заступиться за вас.

"Гарет", мелькнуло в их головах.

— Потому вот ваш приговор: вы покинете землю, и никто не будет знать о вашем пребывании там. Мункар и Накир спросят с вас за каждое деяние и книга, что будет написана, предстанет перед Всевышним на Великом Суде. До тех пор, вы пребудете здесь, в пустоте.

С этими словами ангел расправил крылья и исчез.

***

Жизнь в Суонси продолжала идти своим чередом и больше ничто не напоминало о том, что некогда здесь жили, любили и смеялись три юных друга, что смогли призвать самые тёмные силы и видели воочию то, что ни один человек больше никогда увидеть не сможет.

И лишь одна юная девочка из палаты номер 8 резко раскрыла глаза, по которым текли слёзы. После врачи будут называть это чудом и задавать ей много вопросов, но всё это было не важно, так как ей была известна история, в которую никто никогда не поверит.