Теневые хроники

Явно всё не просто так!» – подумала Слава.

– Ты дружишь с Крестовским? – спросила одна из клонов Вики.

– С кем?

– С Макаром, – недовольно пояснила Вика, оглядывая Славу с ног до головы.

– А, да нет. Я и не знаю его вовсе.

– Ну да, а сейчас он у тебя дорогу спрашивал? Да? – Протянула, кажется, Уля, фальшиво улыбаясь. Слава разглядела брекеты на её зубах, на которых что-то поблёскивало.

Слава пожала плечами, решив им уж точно не рассказывать про исторические хроники. Телефон в рюкзаке завибрировал, молчание затягивалось, и девочка решила ответить полуправду:

– Он просто хотел посмотреть на новенькую, вот и всё.

Выспрашивал меня кто я и откуда. Кстати, девчонки сходим после школы куда-нибудь? Может, в кафешку рядом? Или кино? Расскажете мне в вашем Крестовском? – Спросила Слава, но Вика прищурила глаза, её лицо тут же утратило дружелюбный тон, как и лица её подруг. Громко цокнув Вика развернулась и они ушли.

«Лучшая защита – нападение. Таких людей можно только заболтать, показав, что ты, как и прочие жаждешь внимания» , – вспомнила слова мамы Слава.

– Рассаживаемся по местам! – раздался зычный голос учителя географии, вошедшего в класс.

Телефон в портфеле Славы вновь завибрировал.

– Выключаем звук у телефонов во время урока! – Пожилой учитель оглядел класс и остановился взглядом на Славе, укоризненно покачав головой. На первом ряду захихикала Вика, а её копии тут же подхватили и спустя полминуты смеялся весь класс.

– Тишина! – Вновь призвал к порядку учитель.

Слава густо покраснела и достала телефон.

«1 новое сообщение» – гласила надпись на экране.

Учитель, расположившийся за своим столом, просматривал журнал. Слава нажала на надпись, сообщение открылось:

Встретимся после уроков.

Расскажешь про семейный архив.

Буду ждать тебя возле столовой.

Макар

Часть 2. Не все истории должны найти своего читателя

Волосы свалялись, их цвет превратился в грязно-коричневый, отовсюду торчали веточки, засохшие листочки, а паутина вуалью была наброшена поверх.

Со скепсисом поглядела на себя в отражении болотной воды, зачерпнула зеленоватой жижи и попыталась смыть пару особо стойких пятен с лица.

«Я тут умываюсь, а в деревне умирают люди», - пришла в голову мысль, которая заставила незамедлительно продолжить движение.

За несколько часов пройдя все бабушкины указатели, избушки всё не наблюдалось. Вдобавок повреждённая нога тормозила меня. Размотав платок, выбросила насквозь пропитанный кровью мох.