Роза для Азора

Дома, стоя под горячим душем, Анна как будто бы выплакала весь запас слез. И когда вошла в комнату, завернутая в бутылочного цвета махровый халат, подаренный еще Денисом, она была внешне спокойна и даже собрана. План действий родился сам собой без всяких усилий с ее стороны.

— Собираемся и едем, — ответила она на немой вопрос внимательно наблюдавшего за ней Чучи-Азора.

Таксисту Анна назвала адрес соседнего дома, чтобы не оставлять никаких зацепок, в случае если кто-то будет интересоваться происходящим поблизости от квартиры пропавшего Дениса.

Анной овладело удивительное спокойствие, хотя умом она понимала, что это немалый риск — посещение квартиры, в которой она прожила два счастливых года. И хотя после ее побега прошло уже больше трех лет, все-таки риск быть узнанной соседями оставался. А что, если в квартире кто-то живет? Но это были рациональные соображения, которые против обыкновения не будили в ней тревоги. Уверенность, что все обойдется, доминировала над всеми опасениями.

Такой же спокойной и предельно собранной Анна вошла в подъезд.

Подойдя к лифту, поняла, что не помнит этаж. Шестой? Седьмой? Нажала кнопку седьмого, чтобы в случае ошибки спуститься, а не тратить силы на подъем. Усмехнулась над собой по поводу экономии ресурсов, и тут двери лифта распахнулись.

Чуча повел носом и решительно потащил Анну к лестнице прежде, чем она успела взглянуть на номера квартир. Спустившись на шестой этаж, Анна так же не успела свернуть к нужной двери, за нее это безошибочно сделал Чуча.

Он уселся перед дверью и требовательно смотрел на Анну, всем своим видом выражая нетерпение.

Замок не сменили, ключ легко повернулся, дверь распахнулась, и они вошли в знакомую до боли квартиру. Знакомую Анне. Чуча на мгновенье замер у порога, потом уверенно пошел в спальню и улегся на матрасик у двери, явно предназначенный для собаки.

Анна оглядела спальню. Прежняя мебель стояла на своих местах и только кровать – кровать была новой. Незнакомое покрывало, ядовито лилового цвета, какие-то странные подушки-игрушки в виде сердечек и непонятных зверушек.

Это было настолько не стиле Дениса, что Анне стало ясно, что на момент исчезновения он был не один.

Укол ревности был слабым. Дежурным. Просто потому что он должен же быть.

— Ты думала, что тебя будут ждать или разыскивать три года? — сказала она себе, и на этом чувство ревности угасло, едва зародившись.

Это было все такой мелочью по сравнению с главным и ужасным известием. Анна прошлась по квартире.