Роза для Азора

Его рука легла на солнцезащитные очки, и тут рысь ласково и ободряюще мяукнула.

Савелий надел очки и медленно размежил веки. На капоте, прямо напротив руля сидела летучая мышь.

Глава 34. Денис. Паралич безвременья

Они вновь сидели на лужайке, той самой, где в прошлый раз возник шар, в котором Денис увидел свою картину и в котором познакомился с Фелициусом. Все вокруг было неподвижно: листва, ветви деревьев. Не было даже слабого подобия ветра. Сплетенные кроны укрывали от взора то, что на Земле называют небом.

Его охватила тоска, беспредельная и безнадежная. Вдруг стало безразличным все, что еще час назад казалось важнее всего на свете. Всего на свете? Но чего?

Зачем все? Зачем жить, зачем спасать Анну?

Зачем, если пройдет всего две сотни лет и их мир – сложный, порой отвратительный, но порой прекрасный, превратится вот в это вот? Вот это вот и есть итог всех мучительных поисков, открытий, кровавых противостояний, озарений и просчетов человечества за много тысяч лет?

Погруженный в свои мысли, Денис не заметил, как куда-то исчез Гиви, вернее, его четвероногое воплощение.

Внезапно раздался знакомый щелчок и на поляне появился луч, а вслед за ним и знакомый шар, такой же огромный, как в прошлый раз. Денис не успел даже подняться на ноги, как синий луч простерся от него до оболочки шара.

– Это дорожка, – понял Денис, – меня приглашают войти.

В оболочке шара образовалась расщелина и Денис вслед за синим лучом шагнул внутрь. Сфера сомкнулась. Стало темно. И когда снова появился свет, Денис стоял в знакомом уже дворце. В креслах сидели Фелициус и Гиви. Третье кресло было свободно, и Фелициус жестом предложил Денису сесть.

– Я знаю причины твоего расстройства, – голос Леонардо-Фелициуса звучал тихо, но отчетливо и спокойно.

Денис вдруг тоже успокоился, хотя не было никаких причин для перемены настроения.

–Ты растешь, – улыбнулся Леонардо.

– В смысле? – недоуменно уточнил Денис.

– Во-первых, перестань величать меня Леонардо. Да-да, я это слышу, хотя ты и не проговариваешь это вслух, – с улыбкой проговорил старец. – И ты тоже начинаешь слышат нас, пока только улавливаешь только тональность – хорошие или плохие вести мы собираемся тебе сообщить. Но это уже шаг к тому, чтобы научиться обходиться без слов.