Шварцвальд. Мистический спецотдел

По-твоему, мы здесь просто разводим руками, если дело в Охотнике?

– Очень похоже на то, – Юрг припомнил разговор с парочкой детективов.

– Нет, мы расследуем любую зацепку, но Охотник не оставляет следов, его до тебя даже не видел никто, только Грета, которая ундина, и та краем глаза. – Людвиг вывернул на торговую улицу. Пестрые витрины сменяли друг друга, метили в небо зонтики уличных кафе.

– Тогда с чего бы он Охотник?

– Он стреляет из охотничьего карабина, патроны чешские, калибр для крупного зверя, кто ж он еще?

Детектив снова свернул.

– Мы вроде были здесь, – заметил Юрг.

– Я сделал крюк, – с улыбкой признался Людвиг. – Так хотелось поболтать с напарником.

– Я не напарник, помощник просто, – напомнил Юрг. Он удивился, что его привлекли к работе, но и слова поперек не сказал, лишь бы участвовать в поисках брата.

Детектив заехал в богатый район, где таунхаусы сменяли частные дома, и остановился у желтого коттеджа с палисадником.

– Ну что, помощник, идем, выведем женушку на чистую воду.

– В смысле, идем? Прямо к убийце? Разве не нужно сначала устроить слежку или опросить свидетелей? – Юрг никак не ожидал, что попадет в самое пекло.

– Не дрейфь, с нами кольт, – Людвиг открыл бардачок и достал крупный, но изящный бронзовый револьвер с золотой рукоятью и рунами вдоль ствола. – Пятизарядный: серебряная пуля против оборотней, железная против фейри, светошумовая против троллей, замоленная против нечисти и, наконец, самая обычная.

Он улыбался, и Юрг счел слова шуткой, хотя по спине пробежал холодок от мысли, что детектив сумасшедший. Но сумасшедшим оружия не дают. Людвиг сунул револьвер за полу плаща, откуда выпорхнула летучая мышь и забилась под крышей.

– Вот ты где, прилипала! – он смахнул ее на заднее сидение и велел. – Не шали тут.

†

– Простите, что тревожим в столь поздний час, фрау Кауфман.

В дверях стояла женщина, походившая на диковинную азиатскую куклу. Фигуру ее скрывали траурное платье в пол и черный халат, отороченный красным позументом. На плечах лежал расшитый монетами платок.

– Уделю, отчего же не уделить.