Шварцвальд. Мистический спецотдел

Рип ван Винкль, который пыхтел над своим букетом, даже не заметил ее шрама.

– Нет, я не намерен быть инструментом в любовных ссорах, это ниже моего достоинства! – заявил он и ушел, как ему казалось, гордо, а на деле споткнулся о горшок с травой и дергал дверь не в ту сторону. Йорг ухмыльнулся, предрекая ему венец безбрачия. Потому что женщины любят настоящих мужчин, а настоящие мужчины вступаются за женщин, даже чужих, даже в любовных ссорах.

– Слушай, отстань от нее, ты всего лишь двойник, – одернул рыжего Йорг.

Рейнеке обернулся, схватил Йорга за ворот футболки и дернул. Ткань с треском врезалась в шею.

– Куда ты лезешь, жалкий отброс? – прошипел двойник. – Ты сам просто кокон для своего братца, никчемная оболочка, все, бабочка вылупилась, ты больше не нужен!

– Хватит! – выкрикнула Аделина. – Ты должен был понять, если любишь!

Рейнеке оттолкнул Йорга и возмущенно переспросил:

– Должен был?! Как я мог понять, если ты говорила, что мечтаешь прикоснуться к другим странам? Я не крал твою мечту, я ее исполнял! Я привозил тебе сувениры, я высылал тебе открытки, я подсыпал в твои корни землю из других городов – я все это делал ради тебя!

– Я не об этом мечтала, – эшенфрау всхлипнула.

– Отлично. Я исполню твою мечту, – произнес Рейнеке и вышел. Йорг, потирая шею, думал, что двойник поступил красиво, без лишних слов освободив ее от ссоры и отношений. Но Аделина вдруг вскрикнула и, сбивая со стола сувениры, рухнула на пол.

– Нет! – выпалил Юрг, глядя в окно, и метнулся к двери.

За стеклом в столе ясеня застрял луч света, который вел к эфесу в руках Рейнеке. «Берегись рыжего, у него меч джедая!» – Йорг вспомнил сообщение Финна.

Юрг оттолкнул двойника и выдернул меч, почти перерубивший ствол. Меч исчез, а из рук брата выпало что-то размером с карандаш. Фейри прислонил ладони к стволу, и мантия за спиной разлетелась, обнажая крылья. Они сияли и хлопали, источая перламутровую пыльцу. Аделина стонала и ерзала. Йорг подобрался к ней и бережно поднял, путаясь пальцами в ее густых волосах.

– Как вы? – спросил он. – Чем я могу помочь?

Она взглянула на него. Очки ее сползли на пол, пушистые ресницы дрожали, а гладкие щеки румянились. У Йорга перехватило дыхание от ее красоты. За угрюмой миной он прежде не замечал, до чего же она хороша.

– Ничем, – в изумлении прошептала эшенфрау. Она ухватилась за стол, подтянула себя и села, а после задрала штанину, оголив изящную ножку, на которой таял поперечный рубец.