Магия до востребования. Заклинание на предъявителя

Последним, что увидел Вакулов, заходя в душ, была совершенно фантасмагорическая картина: шеф, напялив на руки хирургические перчатки, собственноручно запихивал трофейную одежду в черный полиэтиленовый мешок. Вот и удостоился он чести, чтобы сам шеф за ним прибирал…

… - С легким паром! – язвительно поприветствовал шеф завернутого в халат Вакулова минут двадцать спустя. – Хорошо ль в директорской баньке попарился? Всё сделал, как я сказал?

- Да всё, конечно, - смущенно потупился Иван. – Будто сам не понимаю! Протормозил просто, уж простите дурака.

- Ладно, садись уж, тормоз, - шеф, как ни странно был настроен вполне благодушно.

- Держи, - по полированной столешнице скользнула початая пачка «Собрания-Элит», сверху шлепнулась классическая позолоченная «Zippo», похоже, настоящая, даже без буквочки «R» в названии. Интересно, откуда у него? Вроде ж уже лет двадцать, как не курит?

- Вот ты и узнал маленький секрет любимого фюрера, - усмехнулся шеф. - Так что давай уж и мне сигаретку, что ли.

- А вот теперь - пей. Как там Суворов говорил, Александр который, не Виктор? «Последнюю рубаху продай, но чарку после бани выпей»[2], так что ли? Вот и выпей, поскольку у тебя сейчас не то, что рубахи, но и, пардон, портков не осталось. И знаешь что, Ванюша? Давай-ка начинай рассказывать. Подробненько так и о-о-очень обстоятельно...

- Хорошо, Георгий Ростиславович, - кивнул головой слегка окосевший Вакулов, выпуская в потолок струйку ароматного дыма, - рассказываю.

… - Ага, значит, всего три эпизода? – задумчиво, будто понимая, о чем речь, переспросил шеф. – И твои ощущения были?..

- Ну да, разными… - Вакулов закурил новую сигарету. – В первый раз я был просто, ну, сторонним наблюдателем, что ли, во второй… во второй, когда загорелась БМП, мне было больно, очень больно, словно внутри горел я сам.

Вакулов замялся, неожиданно осознав, что попросту не знает, как объяснить свои недавние ощущения:

- А вот в третий… в третий раз я сам стал участником событий, понимаете? Я, именно я, был командиром сожженного из гранатомета танка. И, что самое странное, механик-водитель слышал именно меня – меня, а не своего лейтенанта! Я помню, как искал «Кокон» в кармане, помню свой страх, когда не нашел его.