Партия

Крепкая и здоровая, чтобы в стойле долго прожила. С заострёнными ушами, без клыков.»

Что это письмо, что те два – это письма от таких же торговцев. И общаются они не разумный с разумным, а поколения одной семьи с поколениями другой. Без имён, без званий. И они не торгуют, но обмениваются услугами.

В прошлый раз торговец запросил услугу у своего южного «брата» и отплатил сразу же. Теперь услугу просят у него. Да, есть на примете парочка подходящих свинок, но всё слишком сложно. Не известно, получится ли достать и переправить хоть одну из них.

В дверь постучали. Зашёл Вол.

– Послание от воробушка, – амбал протянул листок. Из имперской столицы в Партию отправится груз по одной из окольных дорог. Двести комплектов тяжёлой кавалерийской брони для всадника и коня; пятьсот для пехоты; двести для лучников. Достаточная сила, чтобы собрать небольшую армию. Вот только соберёт её уже не граф.

– Как она поживает? – торговец улыбнулся, и спрятал листок в карман.

– Неделю назад понесла. Девочку.

– А старый козёл не так уж и стар оказался.

– Так, говорят, они на следующий месяц свадьбу сыграли.

– И он сразу забрался на воробушка, – торговец на секунду задумался. – Закажи у магов место для оценки души. Приём через месяц.

Если столь дорогой груз пропадёт – вся семья отделается четвертованием, в лучшем случае. Кроме несовершеннолетних детей. Вот только детей преступников в сиротские приюты не сдают, а относят в далёкий лес или отдают родственникам.

– Как там у Налана с барашком?

– Не очень, шеф. С ребёнком не получается.

– Наверно, из-за стресса: сколько всего в городе происходит. Пусть они съездят загород на пару недель, в мою виллу. Пусть отдохнут и попробуют вновь. Не получится – я приглашу к ним лекаря.

Вол поблагодарил и поспешил исполнить поручение. Торговец же про себя отметил, что ребёнком воробушка займётся барашек.

В дверь вновь постучали.

– Госпо… Доро… Люби… Простите, я…

Гая всё ещё не могла избавиться от привычки называть торговца господином. Обычно она просто опускала голову, скрывая смущение. Но в последние месяцы она поглаживала круглеющий живот правой рукой, с кольцом на одном из пальцев.

– Что случилось? – спросил торговец мягким голосом.