Химера

Затем вновь наполнил стакан, задумался, и вдруг спросил:

— А у вас есть что-нибудь покрепче?

— Понимаю, нам всем сейчас не помешает, — ответил Макс, а Агнесса встала и, подойдя к бару, вытащила из него бутылку бренди.

Немного погодя они всё так же сидели за столом. Бутылка, даже по очень оптимистическим взглядам, была не очень полная. Агнесса привычно расположилась на своём любимом кресле. Раскрасневшийся Манаф обеими руками обхватил взлохмаченную голову, а Макс пытался ему что-то объяснить.

— Но зачем же надо было вот так избавляться от марсианина? Что теперь с ним?.

— Знаешь, его не очень интересовало, что со мной будет после его бизнеса. Пусть почувствует себя в моей шкуре.

— Да, но ведь что с ним теперь будет?

— Странный ты? А почему тебя не интересует, что было бы со мной? Ведь если бы он был сейчас здесь, то я был бы там.

— Да, да, конечно…

— К тому же у меня есть ощущение, что нас… по крайней мере, меня в покое не оставят, — продолжал Макс.

— И кто? Друга ты сплавил, а больше…

— Ты такой смешной, когда выпьешь! Или по жизни такой наивный? Неужели ты думаешь, что вы с Агнессой, — Макс повернулся к девушке, — извини, что-то решаете?

— В каком-то смысле да.

— В каком смысле? Ты даже не можешь верну…ться… — Макса вдруг осенило, — Вернуться! Нет, ты понял, вернуться!

— Что я должен был понять? — заволновался Манаф.

— Как я сразу не догадалась! — обрадовано воскликнула Агнесса.

— Похоже, я один чего-то не понимаю? — раздражённо сказал молодой человек.

— Вот что значит считать себя самым умным! — поиздевался над ним Макс. — Осечка в самый интересный момент. Ну, подумай! У тебя есть пара попыток.

— Что я должен понять? — всё больше заводился Манаф.

— Всё просто, — вмешалась девушка, — порт свободен.

— То есть?

— Просто деревянный. Тебе же ясно сказали: свободен. Эксперимент, так или иначе, закончен.

— А как же?...

— Никак. Возвращайся, пока есть возможность.

— Но надо же вернуть всё на свои места.

— Скажи, друг, ты сможешь вернуть меня? Нет? Тогда верни себя на место, и не лезь туда, где ничего не можешь сделать.

— Почему не могу? Ещё как могу, — сказал Манаф, засовывая руку в карман брюк.

Агнесса стремительно выскочила из кресла и повисла на руке:

— Держи! Быстрее! Руку, руку держи.

Макс подскочил, словно ужаленный. Навалился всем весом на Манафа, лишая того возможности двигаться. Молодой человек только крякнул под и быстрее стал шарить в кармане.