Астриум 1+2. Светолов

Внутри дома было жарко и где-то отчетливо потрескивали в огне дрова. В доме царил полумрак, в противовес яркому свечению стен снаружи, и в нем угадывались очертания нескольких столиков, заваленных всякой всячиной, нескольких кресел — от мягких и удобных качалок до строгих деревянных тронов, пара пуфиков, наполовину скрытых в густом фиолетовом тумане, стелющемся по полу. По круглым стенам тянулись ряды полок, на которых стояли различные склянки и коробочки, а с торцов свисали связки засушенных трав и кореньев. Создавалось ощущение, что я попал в шарлатанский кабинет какой-нибудь ведьмы, а не в обиталище местной.

.. Мистической... Хм... Ведьмы.

Хозяйки нигде не было видно, поэтому я прошел чуть дальше, отмечая краем глаза камин, отмечая банку, в которой застыла в формалине или чем-то вроде того большая черная птица с широко расправленными крыльями, и остановился возле ближайшего кресла. Идти дальше было бы уже невежливо.

— Не стесняйся, садись. — прозвучало у меня за спиной мягким и чувственным женским голосом.

От неожиданности я чуть не прыгнул вперед, отмахиваясь за спину роупдартом, и лишь титаническим усилием воли не позволил себе этого сделать. Вместо этого я обернулся, чтобы узнать, с кем говорю.

Передо мной стояла Дочь Ночи. Даже не возникло ни малейшего сомнения, что это она. Молодая, явно до тридцати лет, миловидная девушка с мягким округлым подбородком и чернейшими, словно углем нарисованными бровями, под которыми чернели большие глаза без единого намека на белок. Просто два черных, словно залитых татуажными чернилами, глаза.

И под ними — по ярко-красному пятну, которые можно было бы принять за броский макияж, если ни разу в жизни до этого макияж не видеть.

Одета девушка была во что-то вроде халата или робы, капюшон которой она накинула на голову. Сама темная, в районе ворота роба была украшена незатейливым золотистым узором в виде неизвестных мне цветков.

— Я, в общем-то, ненадолго. — наконец совладал я с собой. — Мне чисто спросить.

— А ко мне за другим и не приходят.

— ответила Дочь Ночи голосом, по сравнению с которым даже голос Триллы казался плоской бездушной записью на самый хреновый микрофон в мире. — Но дело в том, что твои вопросы могут потребовать очень долгих и пространных ответов. И получать их всяко лучше сидя, чем стоя.

— У меня не так много времени для пространных ответов. — я покачал головой. — До рассвета мне надо убраться отсюда.

— О, об этом не переживай. Здесь, в моей обители, время не властно над тобой.