Память высшей очистки

Кое-что лишнее всё-таки время от времени всплывало — обычно по ночам, не давая заснуть, но большей частью какие-то пустяки. То не сумел ответить с достоинством, то проврался по мелочи и был уличён. Теперь вот это загадочное свидание…

— Ну что, сволочь? — задушевно спросил кто-то. — Сидишь? Пиво пьёшь?

Куранов поднял глаза. Над его столиком нависал неопрятный угрюмый субъект. Ещё не бомж, но где-то рядом.

— Мы знакомы? — с открытой неприязнью осведомился Куранов.

На секунду нависший опешил. Затем мордень его угрожающе перекривилась.

— Во-во… — зловеще проворчал он. — Прикинься ещё, что ты меня первый раз видишь!..

Куранов моргнул, всмотрелся. И такое, должно быть, сильное недоумение обозначилось на его физиономии, что явилось последней каплей.

— Может, ты и Гошу забыл? — рявкнул неизвестный, нависая всё ниже и ниже. — Гошу! Родимцева!.. Знаешь вообще, что с ним стало, после того как ты нас всех обул?..

Охранник в чёрно-серой робе отлепился от стойки и, поправив дубинку на ремне, неспешно приблизился к столику.

— …! — негромко скомандовал он, прикрывая рот ладошкой, словно бы говоря в микрофон. Должно быть, в «Погребке» велось видеонаблюдение. — Резко …!

Неизвестный злобно ощерился, но спорить не стал — двинулся к двери. Надо полагать, в подобные ситуации ему доводилось попадать не впервые, так что опыт имелся.

— На улице договорим, — скосоротившись, бросил он через плечо.

— Извините, — сказал охранник.

— Ничего… — сипло выдавил Куранов. — Спасибо…

— Служба, — равнодушно обронил тот и вернулся к стойке.

В полукруглом окошке слева, располагавшемся вровень с тротуаром, вскоре обозначились ношеные нечищеные ботинки и обтёрханные краешки брюк цвета хаки. Изгнанный из «Погребка» бузотёр поджидал Куранова снаружи.

Ну и как теперь поступить? Вызвать полицию? Попросить чёрно-серого стража, чтобы проводил?

Куранов допил пиво и подошёл к стойке.

— Отлучаться не имею права, — заранее предупредил его охранник.

— Да я не за этим, — заверил тот.

— Славик, — повернулся страж к одному из барменов. — Выведи через служебный. А то кулючат у входа…

***

Гоша Родимцев… Да кто он, чёрт возьми, такой, этот Гоша Родимцев? И этот громила... в обтёрханных брюках…

Будто мало ему незнакомки, ни за что отвесившей мерзавца!

Что вообще происходит?

Выпущенный в неизвестный ему переулок Куранов поплутал по каким-то дворикам и выбрался на проспект неподалёку от «Чистки памяти».