Лёд. Кусочек юга

Клим захлопнул дверцы и уселся за руль, а я оттащил пленника к гаражам, чтобы он не угодил под колеса «буханки».

— В расчете, — сказал брат, прежде чем укатить прочь.

Я кивнул, забрался в «ренджровер» и кое-как развернул его к выезду. Потом проверил пульс Лебедева, и почти сразу вдалеке мелькнул отблеск фар. Решив не полагаться на проблемный кольт, я снял с предохранителя «Грач» и дослал патрон. Но сразу задергался чарофон.

— Ты где? — потребовал объяснений Ермолов. — Ехать куда?

Я помигал дальним светом и уточнил:

— Видел?

— Да.

Шурик отключился, а я фары выключать не стал и с пистолетом в руке укрылся в тени соседнего гаража. Мало ли...

Но обошлось. Подъехал уже знакомый RAV4; Ермолов выбрался из него и зашагал, ладонью прикрывая глаза от светивших в лицо фар «ренджровера».

— Выключи! — потребовал он.

Я подошел к автомобилю и погасил свет.

— Чего у тебя здесь? — огляделся Шурик, заметил валявшегося на земле человека с мешком на голове и охнул: — Охренеть! Это кто такой? И тачка вроде знакомая...

Я прищелкнул пальцами, отвлекая Ермолова, и спросил:

— Ты расскажи, у тебя как дела.

Но так просто сбить Шурика с толку не получилось.

— Не, — заупрямился Ермолов.

— Шурик, алле! — повысил я голос. — Тебя закрывают, нет?

Проняло. Здоровяк зябко поежился и как-то слишком уж неуверенно произнес:

— Никто меня не закрывает. Просто неучтенную наличку в сейфе нашли, пришлось объяснения давать.

— И что тебе за черный нал светит?

— Да ерунда! — отмахнулся Ермолов. — Ничего не будет. Просто отстранили на время следствия.

— Это надолго?

— Да хрен его знает, — честно признался Шурик. — Наверное, ждут, что я к «Несущим свет» жаловаться побегу.

— А ты побежишь?

— Знаешь, что Доминик скажет? Он скажет: твои проблемы, сам и разбирайся. А если не стану дергаться, проявлю лояльность Воеводе, может, и забудут ту историю.

— Держи карман шире! — усмехнулся я.