Бес сознания 2

Я очень благодарна твоим друзьям, очень вежливые молодые люди. Но совсем необязательно было переводить меня в клинику для проксима. Мне и в обычной больнице было хорошо.

— Для тебя все самое лучшее, мам, — говорит Вова. — Если есть такая возможность, почему не воспользоваться?

— Я и не знала, сынок, что у тебя есть такие друзья, — понижает голос и говорит шепотом мать, — испугалась сначала, а тут у меня еще и пэку доктор снял. Но теперь вот с тобой поговорила и сразу поняла, что все хорошо.

Вова вздыхает, косится на Кузьмича, тот улыбается еще шире, чуть ли не светится, словно действительно что-то хорошее сделал.

— Думаю, послезавтра смогу, — говорит Вова. — Работы много.

— Ну какая еще работа по выходным? — возмущается мать.

— Да тут дельце одно подвернулось, — отмахивается Вова, а Кузьмич ему показывает жестом, чтобы тот заканчивал разговор.

— Ну ладно, ма, мне бежать пора, — говорит он, — скоро увидимся.

Мать не успевает с ним попрощаться, потому что Кузьмич отключает связь.

— Ну теперь ты убедился, что я не блефую? — улыбается Кузьмич и садится за стол, поворачивая монитор обратно к себе.

— Я и не сомневался, — отвечает Вова.

— Ну и славно, раз так, — лицо Кузьмича снова становится суровым, и он добавляет: — Воспитывать вас надо всех, давно уяснил. Напоминать, где ваше место. Выбивать всю ту малодушную дурь и сопли. Иначе не выйдет из вас нормальных мужиков, — он делает выдох, трет висок, затем спрашивает: — Ну что вы там? Перетерли, решили, как действовать будете?

— Да, — кивает Вова, — все обсудили, выдвигаемся в обед, к семи будем на месте.

— Хорошо, — улыбается довольно Кузьмич, откидывается на высокую спинку кресла, складывает руки на живот.

Я только хочу отдать Вове приказ, чтобы он попытался уговорить Кузьмича ехать с ними, как он говорит сам:

— А вы, Андрей Кузьмич, с нами не поедете?

В ответ Кузьмич удивленно вскидывает брови и усмехается:

— А мне с вами зачем?

— Ну вы ведь сказали, что хотите увидеть, как Казачинский страдает, вот я и подумал, что вы захотите смотреть лично.

Кузьмич подается вперед и холодно, чеканя каждое слово, отвечает:

— А я и так, Вова, увижу все своими глазами.