Бес сознания 2

Но лучшие — это снятые со жмуриков, их данные со временем вообще из системы удаляют. А если у тебя есть деньги, можешь вообще купить себе новую личность. Некоторые и вовсе умудряются обнуляться до статуса лутумов, а потом удаляться из базы. Спустя время, если ты нигде до этого не засветился, можешь получить новую личность на вполне официальных основаниях.

— Так, про поддельную личность подробнее, — говорю я. — Нам такая нужна, и возможно, даже не одна. И про лутумов подробнее давай тоже.

— Ну-у-у, -тянет Вова, — если брать поддельные пэку, то выше оперов лучше не соваться, потому что проксима и суперисуы уже проверяются более тщательно вплоть до внесения в базу ДНК.

Да и стоит это далеко не малых денег, где-то около полумиллиона эмдешек.

— Охренеть, — говорит Семен, а Саня округляет глаза.

— Вот именно, — говорит Вован, — очень дорого, да и к тому же никто никаких гарантий не дает, что завтра Умко не выявит подмену. Взломщики разные бывают, кто-то криворукий, а кто-то работает спустя рукава.

Да и существуют другие базы, если ты в такую попался, это вообще бесполезно. Те же старые добрые отпечатки пальцев — по ним очень легко проверяется подмена. Есть способы куда надежнее, но геморроя больше. На-а-амного больше.

Вовчик делает паузу, достает сигарету, подкуривает, Санек морщится и возмущенно машет перед носом рукой, отгоняя дым, но ничего не говорит.

— Значит так, — продолжает Вован. — Нужно найти края в органах, причем желательно занести денег куда повыше, чтобы тебя удалили, как покойника.

Ну или инсценировать смерть и ждать, когда тебя признаю мертвым. А после снова ждать три года, когда тебя, как покойничка удалят из базы. Дальше нужно шуровать в коррекционные лагеря и зарабатывать рейтинг.

— Подожди, что? — перебиваю его я. — Коррекционные лагеря? Что за лагеря такие? Вы что? Гребанные фашисты?

— Какие еще такие фашисты? — удивляется Санек, оборачиваясь и устремляя на Семена изумленные глаза.

— Неважно, — бормочу я и снова обращаюсь к Вове: — давай дальше.

— По правильному — коррекционные либо исправительные лагеря, — объясняет Вован, — а если по-простому: рейтинговые лагеря. Он исключительно для лутумов. Там лутум живет, работает и повышает рейтинг, если желает вернуться в общество. Но такое редко бывает, там мало кто выдерживает — тяжелая работа, плохая еда, да и отпахать нужно не меньше года.

— Да уж, засада, — вздыхаю я.