Мир за мир

— «Какой богатый голос – высокий, с задушевной трагичностью и вместе с тем с озорными нотками, будто намекающими, что из трагедии может найтись неожиданный выход! У нас с ней получится прекрасный дуэт».

Ты должен быть сильным,ты должен уметь сказать:«Руки прочь, прочь от меня!»Ты должен быть сильным, иначе зачем тебе быть?Что будут стоить тысячи слов,когда важна будет крепость руки?И вот ты стоишь на берегуи думаешь – плыть или не плыть?..

— Да, — тихо сказала Алина. — Именно «медленный яд». Но это тот мир, который ты должна покинуть и воссоздать новый.

Плыть! Знаешь, есть музыканты, которые исправляют целые миры в обычном смысле этого слова. Про них уже книгу пишут…[9] Мы тоже воссоздаём миры – только миры людей. Ведь каждый человек – это целый мир.

* * *

«Что-то не так», — подумал Олег Павлович, ступая в прихожую своей квартиры. — «Пахнет непривычно вкусно, и чьи-то голоса на кухне. У нас гости? Гости – в доме, которого уже два года как нет? На маме же всё держалось, а она давно не встаёт».

— Олежек, ты? — непривычно воодушевлённый голос матери.

— Зайди ко мне сначала!..

— У нас действительно гости, — с ненаигранной торжественностью произнесла Маргарита Михайловна. — Кто это – поймёшь, не дурак же ты! Ничему не удивляйся и никому потом не говори. Теперь иди! И в первую очередь успокой жену – ты её любишь или уже где?

Ирина явно только что плакала, и Олег Павлович, не замечая ничего вокруг, обнял её:

— Ириша, что случилось?

— Ну познакомься, вот с кем твоя дочь связалась! — с язвительностью отстранилась жена.

С язвительностью! Неужели снова – живая?

— Артур, — представился высокий мужчина со смешливыми серыми глазами. — А это Наталия.

— Только Наташей не называй, не люблю! — молодая женщина с золотистыми волосами шутливо погрозила Олегу Павловичу пальцем. — Так, готово, — она повернулась к плите. — Ириша, приглашай мужа за стол, я пока Рите отнесу.

Его строгая мать, можно даже сказать – матриарх, для этой Наталии просто «Рита»? Кто же такие их гости? А Ирина тем временем спокойно достала четыре тарелки – «Все, которые в доме есть! Денег нет!» – и миску для салата:

— Кому-то придётся из суповой есть.

Вот бьют же мальчишки тарелки! Да и я сама больше всех, — она весело улыбнулась. Жена улыбается!..

— Не придётся, — улыбнулся и Страж Вихрей. — Я не буду, только что ужинал. Ешьте, я пока стиральную машину посмотрю.

— Наталия – она… это… — Ирина никак не решалась сказать – может быть, потому, что и сама поверила далеко не до конца.