Натиск с Ригеля

 – Давайте остановимся в Вест-Пойнте и заберем курсанта. Они такие декоративные.

Стивенс кисло взглянул на нее из-за руля.

– Нам нужно поторопиться, если мы хотим добраться до Олбани, – сказал он.

– И все же, – покровительственно предложил Вандершуф, – почему бы не остановиться там? Мы могли бы найти несколько человек. Я знаю полковника Грейсона. Прошлым летом мы играли с ним там в гольф. Ха-ха! Когда я проделал восемнадцатифутовую дыру на седьмом этаже, он был так зол, что не разговаривал со мной весь остаток дня.

Стивенс с ворчанием повернул руль и начал подъем по длинному пандусу моста. Он понял, что его перехитрили. Чтобы прикрыть свое поражение, он заметил:

– Разве это не птица?

– Важная шишка вчера вечером сказал что-то о птицах, – сказала танцовщица, – но он такой Святоша, что я не обратил никакого внимания.

– Разве не все птицы мертвы? – с уважением спросил грек. – Я видел некоторых в канаве за моим окном, и они превратились в железо.

Машина чихнула на подъеме, справилась с ним и заскользила по мосту.

– Это птица, – сказала танцовщица, – и какая птица! Паппа, посмотри на страуса.

Паппагурдас и Вандершуф последовали за ее указательным пальцем. Вдоль его направления они увидели, в паре сотен футов позади и над ними, широкие крылья и тяжелое тело того же вида четырехкрылой птицы, с которой столкнулся Робертс. Вандершуф потянулся к своему карману.

– Может быть, она подойдет достаточно близко, чтобы дать нам шанс, – с надеждой сказал он.

Птица, несомненно, догоняла их, хотя стрелка спидометра машины перевалила за сорок миль в час. Когда она приблизилась, они смогли разглядеть куполообразную, совсем не похожую на птичью голову с выпученными глазами, застывшими в постоянном выражении изумления, короткий клюв, слегка загнутый на кончике, и огромные широкие крылья. Казалось, она осматривает их, как маленькая птица осматривает жука, переползающего дорогу.

Когда она приблизилась, она пролетела в паре десятков футов от машины; они заметили, что ее лапы, загнутые назад под тело, имели металлический блеск. Затем Вандершуф выстрелил с грохотом, который почти оглушил остальных. Птица казалась скорее удивленной, чем испуганной или обиженной. При звуке выстрела она подлетела на несколько футов вверх, а затем снова качнулся, двигаясь параллельно машине и поворачивая шею, чтобы хорошенько рассмотреть пассажиров.