Контракт

– Я безумно рад тебя видеть.

Рита словно расцвела от моих слов, вновь превратившись в ту девочку, которой я ее знал когда-то.

- Правда? – тихо спросила она, пытливо глядя на меня.

Словно боялась, что я и впрямь могу ее обмануть.

Я осторожно взял ее ладони в свои руки. Огладил пальцы, убеждаясь в отсутствии колец – даже если у нее есть кто-то, отношения у них явно несерьезные. Я могу предложить ей больше, чем кто бы то ни был, и не собираюсь отступать.

- Рита, - на миг сердце словно остановилось от волнения.

Потому что это было то, что я чувствовал. Даже отрицая, даже заставив себя забыть - все равно продолжал любить ее все эти годы. И слова эти, столь долго жившие в сердце, вырвались словно сами собой, едва ли не против моей воли.

Я замолк, вдруг испугавшись. А если она оттолкнет? Рассмеется, пожмет плечами… Да у нее ведь множество поклонников, она слышит такие слова по миллион раз на дню. И я ждал ее ответа, словно приговора. Но сказала она нечто совершенно неожиданное.

- С каких это пор? – с искренним недоумением спросила она.

Я помедлил с ответом, задумавшись ненадолго. С каких пор? Может, с тех самых, как я услышал ее голос; или с того момента, как увидел ее – миниатюрную хорошенькую блондиночку – впервые; или с того момента, как беспомощно, в ожидании скорой, смотрел на умирающую девчонку, спасшую мне жизнь; или после ее добровольного ограничения собственных прав на меня; а может, и не было никакого такого момента, просто постепенно сквозь образ ненавистной хозяйки проступила девушка, достойная восхищения и любви? Мне потребовалась вечность, чтобы разобраться в своих чувствах.

- С тех самых, как ты владела мной. Я боялся, что это что-то вроде стокгольмского синдрома, поэтому и старался держаться от тебя подальше, чтобы не… причинить тебе боль. Между нами все было так сложно… Я даже убедил себя, что просто придумал свою любовь. Но я лгал себе. Я действительно тебя люблю.

- Матвей, - она произнесла мое имя и осеклась.

Когда-то, услышав свое имя из ее уст, я был вынужден исполнить все, что она скажет следом. Но эти времена давно в прошлом. И теперь я сам решаю, когда стоит прислушаться к ней. Поэтому в ответ на ее нерешительность я осторожно прикоснулся к ее щеке, думая лишь об одном – что бы она ни сказала, я ее непременно поцелую.

- Матвей, - куда увереннее повторила Рита и вдруг улыбнулась мне в ответ: - Я уже очень давно… люблю тебя.