Контракт

И я понимал где-то в глубине души, что должен отвыкнуть от Риты прежде, чем утверждать, что влюблен в нее.

Лето пролетело как-то неожиданно быстро. Рита поступила в консерваторию, как и хотела, по поводу чего радовалась безумно. Вместе с ней туда отправлялась и Сонька-барабанщица, решив, что высшее музыкальное ей не помешает, да и будет Рите с кем начинать сольную карьеру. Андрей решил отдать долг Родине прежде, чем продолжить учиться – впрочем, к высшему образованию он совершенно не стремился, искренне считая, что не все же могут головой работать, кто-то должен и руками.

Олежке предстоял еще один школьный год, а мы с Леушем все-таки поступили в вожделенную Академию. Отец, послушав мои отзывы и присмотревшись к Нику, счел, что есть смысл вложиться в перспективного работника, и оплатил его грант. Так что о будущем парню беспокоиться особо не стоило. Вот только группа распалась. Впрочем, все мы понимали, что без Риты будущего у группы нет, а она достойна куда большего, чем выступать на самодельных площадках. Мы все желали ей удачи, и поэтому о судьбе группы никто не сожалел.

Нам с Ритой пришлось задержаться в доме после начала занятий. Она честно отказалась от моего предложения составить ей компанию, и решила дождаться окончания контракта прежде, чем уехать учиться. Я не настаивал, ведь это были наши последние дни вместе. И мне хотелось насладиться ими в полной мере. Мы много времени проводили вдвоем, злостно прогуливая занятия – и ничуть не сожалея об этом. Наши последние три недели пролетели, как один день, и, удивительно, я никогда не чувствовал себя таким счастливым.

А затем наше время вышло.

В тот день я проснулся со странным чувством, как будто должно случиться что-то плохое. Долго не мог понять, откуда взялись нехорошие предчувствия. А потом словно обухом по голове – сегодня исполняется ровно год с момента заключения контракта! И это значит, что я полностью его отработал. Сегодня с меня снимут ошейник и освободят от Риты. Год назад мне казалось, этот день не наступит никогда, а сейчас я почти желал, чтобы он так и не наступил.

Нет, я хотел свободы, но не представлял, что расстанусь со своей птичкой.

Как ни странно, за завтраком никто даже не заикнулся об этом, хотя в последние дни отец нередко заговаривал о том времени, когда Риту можно будет свозить на отлучение от контракта, и частенько интересовался, готова ли она к переезду на новое место учебы.

А вот после завтрака, оставшись наедине, мы не смогли об этом молчать.