Зодиак: Дети Хаоса

Хаос измывается над тобой, пытается сломать вновь и вновь. Он показывает то самое страшное, что было в твоей жизни. Тот момент, который стал для тебя переломным, поступок или событие, которое ты никак не можешь себе простить. То самое воспоминание, что годами жрало тебя изнутри, он выпускает наружу.

— И как же бороться с осколками Хаоса? — рядом с Акаем сидел черноволосый юноша. Линделл уже и не помнил его имени, но знал, что парень в прошлом был Хранителем знака Ворона.

— Никак, — Змееносец только пожимал плечами.

— Как же ты избавился от осколка Хаоса? — Дракон рядом скептично изогнул бровь.

— Я признал, что был не прав, — Акай грустно улыбнулся. — Хаосу это признание и ломаного гроша не стоило. А мне... знаешь, мне оно было нужно. Чтобы отпустить прошлое, и лишить себя той боли, что терзала.

Линделл не знал, как отпустить то прошлое, что мучило его все эти годы. Он прикрыл глаза, слушая веселые речи детей.

— Эй, Юнан, давай искупаемся? — Ияр, тогда еще не знавший о том, что им суждено быть Хранителями, беспечно бегал по колено в воде.

— Господин Ияр, не стоит. Матушка ведь говорила вам, что Энки может разгневаться, это навлечет беду на весь ваш род.

— Чего ты боишься? Матушки тут нет, а с Энки я, так и быть, договорюсь по старой дружбе, — он расхохотался, и смех тот Линделл готов был слушать бесконечно долго. Таким он был родным. — Я тебе рассказывал, что мне как-то раз удалось найти меч самого Шамаша*?

— Господин Ияр, вы не шутите?! — глаза юного Единорога, тогда еще звавшегося Юнаном, полезли на лоб от удивления.

— А ты мне не веришь?! Вот так и знай, тут и нашел! — Ияр топнул ногой по воде, поднимая брызги и заставляя друга отскочить от кромки.

Линделл не сдержал улыбки. Такими свободными и веселыми казались ему дети. Если бы он не знал горькой правды о том дне, которую Хаос словно бы специально оттягивал.

В свое время, пять тысяч лет назад, еще до того, как Пегаса и Единорога призвал Зодиак, они были обычными детьми. Ияр был сыном главного зодчего Вавилона, его огненный и задорный характер был известен, наверное, каждому в городе. Юнан же был выходцем из семьи слуг.