Асмодей никогда не смеется

Владко осторожно приблизился к родителям и смог распознать, что в руках у Дементия Павловича была не просто обугленная веточка. Держал он ее с удивительной изящностью – парой пальцев. У основания она обмотана тоненькой веревочкой, а навершьем палочки служила серебристая оскалившаяся голова змеи.

Дементий Павлович не преминул заметить заинтересованность Владко обугленной веточкой:

– Заинтересовала, парень? – мольфар поднял веточку на уровень глаз.

– Угу.

– Это Игленка. Говоря твоим – не-маговским – языком, это волшебная палочка, – продолжил Дементий Павлович.

– Позволяет формировать базовый набор магических чар.

– А можно…

– Нельзя, – отрезал Дементий Павлович тоном удивительно спокойным и убрал Игленку в нагалище[1] на поясе. – Никто – даже другой маг – не имеет права прикасаться палочке соратника. Чего уж говорить о не-магах, – пожал плечами мольфар. – Да и ты все равно не ощутил бы ее возможностей. Идем, мальчик, у нас много дел. Всего хорошо.

Дементий Павлович слегка поклонился родителям Владко и чинно прошествовал мимо парня в сени, где захватил свое пальто.

Владко и Клавдий Тимурович вышли следом за ним. Мольфар поморщился на солцне и достал из кармана черные очки, которые нацепил на нос. Лето в этом году выдалось довольно теплым, поэтому Владко не утруждал себя круткой, но джинс на шорты не был готов променять. В Сокольцах погода переменчива все же.

– Ну я вас оставлю, значится, Дементий Павлович, – осторожно изрек Клавдий Тимурович. – Владко, слушайся во всем нашего гостя.

И ни на шаг от него. Если изволите отобедать, уважаемый, в Сокольцах есть очень хорошая столовая.

– Учту.

– Тогда до встречи?..

– Да.

Лицо Дементия Павловича ничего не выражало, да и смотрел куда-то вдаль, на поля, где порой проскальзывали блики. Владко подумал, что дети в очередной раз вышли в поля развлекаться и небось взяли стекла, сухое сено поджигать для колбасок. Он с Олюшкой и друзьями по школе так часто делал летом.

Когда Клавдий Тимурович ушел, мольфар покачал головой.

– Бесящий мальчишка. Как твое село терпит его, малый?

– Терпит? – смутился Владко. – Клавдий Тимурович очень хороший человек. Много для Сокольцев сделал.

– Даже то, что ты вчера подслушал под моим окном, тебя не смутило, парень? – спросил Дементий Павлович, вопросительно изогнув бровь.

– П-подслушал?

– Я знаю, что ты вчера вместе с внучкой старосты подслушивал мой разговор с Агашкой, вашей ворожейкой.

– М-мы не подслушивали, – тихо пробубнил Владко.